Книга Я тебя не отпущу, страница 24 – Ульяна Романова

— Пошли провожу, — кивнул мне Валера.

Возле подъезда он достал пачку сигарет и предложил мне. Взяла, ибо нервничала. Мы дружно закурили:

— Мир тесен, да, старенькая? — щурясь от яркого солнца, спросил он.

— Очень. — согласилась я.

— Спасибо, — неожиданно для меня, проговорил Валера, — знаю, что матери помогаешь, — посмотрел на меня исподлобья.

— Не за что, — пожала я плечами, — сам бы чаще маму навещал. И деньгами помогал, — не удержалась.

— Да даю я ей деньги, каждую неделю даю, — почти с тоской проговорил он, — она на похороны копит, понимаешь? Каждую копейку откладывает.

— Ладно, мне пора, — выкинула докуренную сигарету и развернулась.

— Стой. Номер мой запиши, если помощь нужна будет — звони, ладно? — ему было неловко. Я кивнула и занесла его номер в память своего мобильного, твердо решив для себя, что звонить ему я не буду ни при каких обстоятельствах. Поразительная наивность…

Увязнув в своих мыслях не заметила, как приехали. Женщину увезли на осмотр, а меня попросили подождать в коридоре. Позвонила бабушке, предупредить, что вернусь не скоро. Сходила за хлебушком, блин!

Потом приехали сотрудники полиции и мне пришлось давать показания.

— Вы успели рассмотреть машину, которая сбила пострадавшую, — тяжело вздыхая и вытирая со лба пот грязным платочком, спрашивал полицейский.

— Краем глаза. Зеленая, спортивная, — начала говорить и осеклась, ведь несколько месяцев назад меня обрызгала зеленая, спортивная тачка. Бывают ли такие совпадения?

Судя по виду товарища полицейского, искать нарушителя они точно не станут, если только он сам не явится на порог отделения. Он записал мои данные и быстренько отбыл в только ему одному известном направлении, а я отправилась к доктору:

— У нее перелом руки, легкое сотрясение и ушибы. Состояние стабильное, — улыбнулась мне пожилая женщина.

— Ей что-нибудь нужно? — поинтересовалась я.

— Нет, она назвала номер сына, мы уже позвонили, он едет.

— Можно к ней? — не знаю зачем мне это было нужно. Просто удостовериться, что с женщиной все хорошо.

— Конечно, двести одиннадцатая палата, — кивнула доктор.

Прошла по унылому больничному коридору до нужной палаты, только тогда сообразив, что не спросила у доктора имени пострадавшей. Подошла к двери палаты и чуть было не получила этой самой дверью по носу! Из палаты вышел … Рома.

Посмотрел на меня сверху вниз, удивленно округлил глаза, а потом схватил за плечи и с силой впечатал в стену, прошипев:

— Какого хрена ты здесь забыла? — Сердце забилось в горле, а колени подкосились. Рома был в бешенстве, и я не могла понять, чем я его так разозлила. Только если…

— Это твоя мать? — просипела я.

— Не твое дело, поняла? — его трясло, на шее билась жилка, а ноздри гневно раздувались. Он сильнее сжимал пальцы, так, что стало чуточку больно и я поморщилась. Рома тут же убрал руки и даже отступил на шаг. — Беги, — попросил он, — прямо сейчас беги, блядь, иначе хрен я тебя отпущу снова, — шептал он. Глаза потемнели, а тот его голодный, дикий взгляд пробирал до мурашек. — Давай, — схватил за локоть и развернул в сторону выхода из отделения.

На автомате перебирала ногами, ничего не видя вокруг. Не помнила, как оказалась на улице, когда почувствовала руки на своей талии. Рома легко перехватил меня одной рукой и понес к своей машине. Щелкнул брелок сигнализации, Роман запихнул меня на пассажирское сидение и закрыл дверь, сказав напоследок: