Книга Фантом, страница 70 – Виктория Побединская

— Вот и вся история.

Боже, ну и дура!

— Почему вы не поменяетесь обратно? — опустив взгляд, спрашиваю я. Просто, чтобы не молчать. Тишина убивает, и мне хочется говорить о чем угодно, лишь бы не позволять мыслям снова лезть в голову.

— Ник попросил. А он редко о чем-то просит. Сказал, мой нож для него как оберег или талисман, что-то вроде того. Я не стал настаивать. В конце концов, это его любимая игрушка. Мне и кулаков хватает.

— Не знала, что он суеверный.

Джесс ухмыляется:

— Самый первый нож, тот что ты держишь в руках, я подарил Нику перед отъездом в Эдмундс. Ему одиннадцать было, — говорит он, забирая стилет и укладывая обратно в ножны. — Его цена не больше пятнадцати фунтов. На самом деле он разве что овощи чистить годится.

Я перевожу на него удивленный взгляд.

— Эй, — словно почувствовав мою реакцию, отбивается Джесс. — Мне было всего семнадцать. Пацан мечтал о собственном ноже. Откуда мне было взять денег на настоящий? Поэтому я отнес свой в мастерскую и попросил сделать копию. Вышло неплохо, верно ведь?

Улыбнувшись, я киваю.

— А мой нож, что забрал Ник, раритетный. Его стоимость не меньше пяти сотен.

— Пять сотен фунтов? — от удивления я раскрываю рот. — За какой-то нож?

— Он не какой-то. Ему сотня лет почти. — Одарив меня многозначительный взглядом, Джесс снова отворачивается. — Хотя на вид они схожи, эксперт сразу заметит разницу. Другая сталь, заточка, вес разный. Не говоря уже о том, что нож Ника в принципе не знает, что такое баланс, — улыбается Джесс. — В двенадцать он, конечно, не мог этого знать, но, думаю, к семнадцати понял, что к чему.

— Но Ник носил его с собой все эти годы.

Я вижу, как Джесс слегка качает головой. — Да, носил.

Минуту мы молчим, а потом я, улыбнувшись, шепчу: — Джесс…

— Что?

— Ник блефовал, да? Когда говорил про талисман.

Джесс ухмыльнувшись, прикрывает глаза: — Ну, разумеется. — На его губах на мгновение появляется неуловимая улыбка, но тут же прячется.

Я отворачиваюсь к окну, потому что чувствую себя неуютно, будто подглядела за чем-то очень личным. Но внутри все наполняется теплом.

Спустя пятнадцать минут в зеркалах начинают мерцать светлячки — огни фар. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть. Два черных автомобиля все четче рисуются на дороге, понемногу сбавляют скорость, а потом останавливаются. Застегнув куртки, мы с Джессом выходим навстречу. Я чувствую на губах вкус соли. Значит, мы где-то недалеко от моря.

— Эгей, вот и наша беглая принцесса. Рейвен в своем черном плаще поднимает руку и выскакивает навстречу, но не успевает закончить предложение, потому что Джесс в считанные секунды оказывается возле нее, заставляя попятится, пока она не ударяется спиной о капот. Две темные фигуры-тени, что они отбрасывают на асфальт, сливаются в одну.

— Где ты была вчера вечером? — спрашивает он. Если это такая стратегия допроса, то я рада, что не нахожусь по ту сторону от обвиняющего. Сейчас это не тот Джесс, что полчаса назад рассуждал со мной о ножах и братьях. Теперь я вижу того, кто держал меня у стены за горло, заставляя задыхаться от страха.

— Моталась по твоим же поручениям, — отталкивает его от себя девушка, но на деле не сдвигает ни на сантиметр. — С твоими же, мать их, солдатами, — ошарашенно кричит она.

— Думаешь, я тебе поверю?