Книга Интенция, страница 90 – Виктория Побединская

Глядя на спешащих студентов, я представлял, каково это — шагать по широким каменным коридорам, зная, что через пару лет тебя ждет будущее. Судя по невидимым ценникам на их одежде, вполне светлое будущее. У меня же даже школьного аттестата не было, как и номера страхования или паспорта. Ни одного документа, подтверждающего, что я вообще существую.

Ви я заметил, как только она вышла из кампуса. Такая прекрасная, что дух захватывало. Рыжеволосая, в коротком платье в мелкий цветочек с воротником стойкой, застегнутым до самого верха. Оставляющим огромный простор для фантазии. И мне отчаянно захотелось остаться с ней наедине, чтобы расстегнуть все до одной эти мелкие пуговицы.

— Скучал? — улыбаясь, спросила она, подходя ближе.

Такой простой вопрос. Легкий, словно перышко, а прошибает изнутри, словно землетрясение. До сих пор я даже не осознавал, как сильно.

— Ты и так знаешь ответ, — проговорил я, впитывая глазами ее образ. Взгляд сам упал на гладкие голые ноги и острые коленки.

— Знаю. Но хочу услышать от тебя.

Я сделал шаг, пока между нами не осталось лишь пара дюймов. Виола попятилась. Я шагнул снова.

— Ты загоняешь меня в угол. — Она попыталась отойти, но больше не смогла, упираясь в стену лопатками. — При том в буквальном смысле.

— В этом вся суть, Веснушка. Я же теперь официально могу называть тебя Веснушкой?

— Как будто, если я скажу нет, тебя это остановит.

— Ты права, не остановит, — ответил я, запирая девушку в клетке из расставленных по обе стороны от нее рук. Наклонился к губам и прошептал: — С ума сходил.

Виола раскрыла свой изумительный рот, наверняка придумав что-то остроумное в ответ, потому что изгиб ее губ превратился в хитрющую улыбку, но я опередил ее. Наклонился ниже и шепотом, будто это огромный секрет, произнес:

— Я ехал шесть часов. Думаю, я заслуживаю достойного приветствия.

— Ладно, привет, — улыбнулась она, стараясь сохранять невозмутимый вид, и прикусила нижнюю губу. О, Господи! Какое же это было мучение. Я сам мечтал сделать с ее губами также.

— Я имел ввиду кое-что иное.

Виола звонко рассмеялась и потянулась к моему лицу, чтобы оставить целомудренный поцелуй на щеке, но не успела. Я подхватил ее одной рукой за талию и прижал к себе, второй все еще опираясь на стену.

— Ви? — прошептал я и провел большим пальцем по ее подбородку. Девичьи губы взволнованно раскрылись. А руки сжали кожаную куртку, словно разожми она пальцы — улетит.

— Ник? — повторила Виола следом и коснулась моей щеки. Первое ласковое прикосновение за восемь недель. Как же я ждал этого! Наклонился к ее губам, и мир под ногами посыпался.

Этот поцелуй — оглушительная, голодная страсть в концентрированном виде. Когда сдерживать ее внутри уже просто невозможно. И не важно, что другие смотрят. В такие моменты тебе просто наплевать.

Виола выгнула поясницу и потянула меня за футболку, чтобы прижаться ближе, лаская мой язык своим, зацепляя зубами тонкие кольца. Запустила ладони в мои волосы, и я блаженно прикрыл глаза.

Захотелось взять ее в охапку, увезти подальше ото всех и закрыться в номере отеля минимум на двое суток. Уложить на постель, удерживая под тяжестью моего тела, задрать руки над головой и любить так долго, пока небо не посыплется нам на голову звездами.