Книга Настоящие бывшие, страница 50 – Любовь Хилинская

— Вчера готовил китайский салат с языком, — Коля заметно расслабился и будто даже повеселел. — Он как раз должен настояться к нашему приезду. Или тебе сладкого хочется? Можем заехать в магазин по дороге. Я просто сам не ем сладкое почти, очень редко на работе кофе с черным шоколадом.

— Умеешь готовить? — моя левая бровь приподнялась в изгибе.

— Люблю жарить, — кивнул он и усмехнулся. — И печь.

И о чем это он?

Кровь бросилась в лицо, едва я подумала, о какой именно жарке говорит Николай. Интересно, а презервативы к чаю у него найдутся? Тьфу, Лизка, похотливая самка павиана! Может, мальчик мне будет картины эпохи Ренессанса показывать, а я тут уже губы раскатала.

Я повернула голову, рассматривая готовый проснуться весенний лес, как вдруг горячая ладонь скользнула по моему колену, остановившись на бедре и обжигая сквозь джинсы. Сердце булькнуло, сбившись с ритма, затем заколотилось в два раза чаще, пуская адреналин по венам и заставляя гореть щеки.

Рука тем временем чуть помедлила и принялась поглаживать шов на джинсах на внутренней стороне бедра. Будто сама собой жила, какой-то отдельной от хозяина жизнью. Туда-сюда, чуть ближе к паху, чуть настойчивее, потом обратно к колену, нащупывая все эрогенные точки по пути. Хотя, чего их было щупать, если все мое тело, как оказалось, чувствительная зона, где ни погладишь, попал в десятку.

Николай довел пальцы до того места, которое в любовных романах называют пещерой наслаждений, и куда герой в итоге втыкает свой нефритовый жезл, помедлил там немного, будто перебирая струны гитары в задумчивости и совсем убрал руку, положив ее на руль.

Я сидела, охваченная томлением. Меня буквально раздирало изнутри на две половины. Одна жаждала немедля скинуть трусы и предаться разврату сию секунду, вторая, более прагматичная, шептала, что на рабочем месте даже кошки не гадят.

Победила первая.

Теперь моя очередь была жарить.

Положив руку на колено Коли, я проделала с его бедром все то же самое, что и он с моим. Задумчиво скользила по внутреннему шву джинсов, дошла до нефритового жезла, который уже, судя по всему, находился в состоянии тыкать во все подходящие пещеры, покружила там немного и, осмелев, слегка пожала, будто здороваясь, отчего изо рта обладателя волшебной палочки вырвалось что-то похожее на шипение.

— Лиз, въедем сейчас куда-нибудь, — сообщил он, захватывая мои пальцы своими и держа в руке. — Ты ж знаешь поговорку «хуй стоит — башка не варит»?

Впервые я услышала от него мат. И в эту минуту он показался очень уместным. Может, я любительница острых словечек во время секса, просто не знала об этом?

Повернув голову, я встретилась глазами с Колей, который глядел серьезно, уже не улыбаясь, продолжая сжимать мои пальцы своими.

— Поехали… чай пить, — чуть изогнув губы в улыбке, я махнула свободной рукой вперед.

* * *

Николай снимал квартиру в недавно отстроенном районе, где дома казались клонами друг друга, и в пьяном виде наверняка можно было заплутать.

Мы припарковались на свободном месте, после чего я вышла на улицу и задрала голову вверх. Непривычно, конечно, жить на пятнадцатом этаже. Вид наверняка головокружительный, но страшно — жуть. Окна мыть так и вовсе можно только после успокоительного. Я на своем четвертом боюсь, а тут прилетишь на землю, дворник лопаткой соскребать будет.