Книга Заноза, страница 67 – Любовь Хилинская

Я попыталась дотянуться до выключателя рукой, но была остановлена. Захлопнув дверь, Алексей в темноте навис сверху, а в следующий миг одним движением расстегнул молнию на моей куртке, стягивая ее с плеч.

— Что ты делаешь? – пискнула я, когда свитер оказался задран до самого горла.

Но вместо ответа мужчина положил уже голую ладонь мне на живот и уткнулся лбом в висок, замерев.

«Он знает!» - мелькнула паническая мысль в голове. Он узнал все, и потому пришел сейчас! Что мне делать? Что говорить?

Мысли как будто выветрились из головы, я попыталась отстраниться, но была жестко прижата к стене.

— Не дергайся! – глухо произнес Шиловский.

Я замерла, закусив губу. Да и что тут скажешь? Стоя с голым пузом посреди собственной прихожей в полной темноте, я забыла, как дышать, когда меня притянули к горячему телу и дохнули в волосы.

— Дура, господи! Какая ж ты дура, Валерия! – зло произнес Алексей. – Ты что, наеб**ть меня решила?

Что? О чем он вообще?

— Когда хотела сказать? – продолжал Шиловский. – Когда уже пузо на нос полезет, чтоб мне точно некуда деваться было?

— Ты что мелешь? – высвободившись, я нащупала выключатель и щелкнула им.

Яркий свет выхватил растрепанного мужчину, который стоял посреди моей прихожей. Глаза его были прищурены, он смотрел, как я натянула свитер вниз, прикрывая выпуклость живота, а затем взгляд переместился на лицо.

— Ну, ты ж поэтому так долго молчала! – выплюнул он гадкие слова. – Я сейчас начинаю понимать, какой я идиот! Обвела вокруг пальца!

— Ты ничего не путаешь? – кажется, до меня дошло.

Этот говнюк думает, что я специально скрывала от него беременность! Почему-то сейчас меня бесил тот факт, что я это делала, но только в последнее время, а изначально вся ситуация и для меня оказалась сюрпризом.

— Ты что, Лера, решила таким образом поправить свое материальное положение, что ли? За счет ребенка?

-Ты думай, что говоришь, Леша! – скрестив руки на груди, смотрю на него в бешенстве. – Вообще-то, это ты был готов спариваться в каждом углу!

— А ты была не против! – парировал он. – Или что, хочешь сказать, что не хотела?

— Хотела, - я пожала плечами и отвернулась.

Ну да, смысл отрицать очевидный факт.

— Почему не сказала мне? – жестко выплюнул он, кивая на живот, когда я вновь посмотрела на мужчину. – Или это не от меня?

— Ты дурак? – ахнула я. – Больной, что ли?

— Ну а что, к тебе вон Петров свои яйца подкатывал, может, это от него?

Резко развернувшись, я шагнула к двери, распахнула ее и махнула рукой.

— Вон! – прошипела, от злости сжимая кулаки. – Пошел вон отсюда! Герой-любовник! Мудила сраный! Выметайся, и чтоб больше не приходил!

Шиловский хотел было что-то сказать, но передумал. Ноздри его раздувались, глаза были прищурены, но какие это имело значение? Я вздернула подбородок и еще раз махнула ему рукой, сжимая губы.

— Я тебя последний раз спрашиваю, Миронова, это мой ребенок? – навис надо мной хирург, шагнув вперед.

— Пошел вон! – толкнула я его.

От неожиданности Шиловский отшатнулся и едва не упал назад, но успел схватиться за вешалку, стягивая с нее мое весеннее пальто, и тут же бросил его на пол.

— Если ты не уйдешь сейчас, я вызову полицию! – сказала ему, упрямо глядя в серо-синие глаза. – Ты пьян, а я не настолько милосердна, чтоб терпеть тебя!