Книга Желание генерала – закон, страница 41 – Виктория Свободина

— Ничего тебе странным или настораживающим не показалось?

— Мне все было и странно, и страшно.

Риган усмехнулся.

— Доброй ночи, Эль.

Да какая уж тут добрая ночь после всего. Теперь буду лежать и бояться массового ночного нападения этих ужастиков. Хм, но ведь еще и не ночь. Ранний вечер, но, видимо, генерал решил выспаться. Отворачиваюсь от Соула к стене палатки.

— То есть мне, Эль, ты доброй ночи не желаешь?

Генералу я могу только пожелать подавиться. Молчу. Испытываю судьбу. Дурацкая гордость, проявляется тогда, когда не стоит.

— Тогда вместо пожелания поцелуй своего господина, Эль. Это будет куда как лучшей альтернативой.

— Доброй ночи!

— Поздно, Эль.

Сжалась в комок, зажмурилась и лежу, охваченная страхом. Что он сделает из-за моего неповиновения? Этот страх куда сильнее, чем перед пастью того чудовища.

— Что, совсем ничего приятного от тебя ждать не стоит? — слышится насмешливое из-за спины.

Да чтоб ты подавился!

— И получается, что ты отказываешься выполнять приказы своего господина? — сейчас голос звучит очень сурово. — Печально. Ведь я хотел тебе завтра выделить собственную лошадь. Но строптивой рабыне ехать самостоятельно я позволить не…

Повернулась к Соулу. Может, он и обманывает насчет лошади, но надо попробовать. Это мой шанс на побег. Вдруг монстры нападут на войско, и пока все будут отвлечены битвой, мне удастся сбежать. Лошадь это и ценность, и транспорт, и, если совсем все плохо будет, еда. Быстро чмокнула генерала в щеку и тут же отвернулась обратно. Ужас, как меня легко купить. Свободу, и то призрачную и нереальную, на честь меняю.

— Это что сейчас было, Эль?

— То, что вы и хотели. Поцелуй на сон грядущий.

— А-а… Вот оно что. А мне показалось, что ты меня клюнула. Нет, так не пойдет. Этот «поцелуй» я не принимаю. Целуй еще раз. Нормально. Нежно.

Поцелуй меня в… хотя, может, ему такое понравится. Да пошел ты в… а ведь тоже может быть не против. Все, спокойно. Скрипя зубами, в этот раз медленно поворачиваюсь к генералу. Глаза Соула весело блестят. Хорошо быть хозяином положения.

— Скажите, вот у вас ведь во дворце есть любовница. Я видела как минимум одну. Чем она не устраивает? Почему вы не взяли ее с собой в поход? Неужели она целует недостаточно нежно?

Соул подался вперед, обнял меня за талию и притянул к себе.

— Она целует очень нежно. Приторно нежно. И далеко не меня одного. Очень популярная во дворце девушка. Не думаю, что ей было бы интересно в походе. Но если ты хочешь вернуться во дворец, то еще не поздно. Хочешь?

— Нет.

Приближаю свое лицо к генеральскому и, подавляя неприязнь, вновь чмокаю его в щеку. Уже не так быстро. Щека Соула гладко выбрита. И это при том, что ни вчера, ни сегодня при мне он не брился. Магия? Еще и пахнет приятно. Такие мягкие терпкие нотки. Не противно, в общем.

— Все? Можно мне спать?

— В этот раз было лучше, но еще не достаточно. И в щеку — не совсем то.

— Не нужна мне лошадь.

Проворачиваюсь в кольце рук Соула, чтобы вновь видеть стену палатки, а не его. Отодвинуться не выходит — не пускает. С опаской жду, что еще придумает или скажет генерал, но тишина.

Закрыла глаза. Надо спать. Если завтра мы входим на территорию тех монстров, день может выдаться веселый.

Опять подъем еще до рассвета, и атмосфера, как я заметила, довольно напряженная, воины тихие, собранные. Собрались быстро. Генерал даже не потребовал его усиленно мыть. Одним словом, чувствуется, что идем на опасное дело.