Книга Покорность не для меня, страница 47 – Виктория Свободина

Ответа я так и не получила, учитель откашлялся и начал урок.

Неприлично хихикать, пряча лицо в подушку, начала уже на третьей минуте занятия. Это ужасно. Хотя нет. Это не ужасно. Это вообще никак. Все-ттаки Эйнер клюнул на меня из-за танцев.

В принципе, манерные такие танцы, полные символизма. Преподаватель в данный момент очень символично медленно трясет ногой, при этом сложив из пальцев правой руки фигуру, отдаленно напоминающее солнце, и направив эту руку в сторону окна, голова мужчины как-то по-особенному наклонена, лицо… такое возвышенно-серьезно. Рядом с учителем три лойны, что тоже «танцуют», повторяя все движение за преподавателем. Скорость у танца мизерная. Одно движение в минуту. Я бы назвала действо, творящееся в классе философским танцем черепах.

Я поражаюсь тому, насколько местные женщины терпеливы, раз способны это танцевать и не сходить с ума от скуки.

— Очень смешно, — понимающе произнесла Фелис, наклоняясь ко мне. — Мне, если честно, тоже. Вот от урока танцев в вашем исполнении я бы не отказалась.

— Фелис… я устрою. Честно. Хотите, давайте завтра, — меня одолел приступ сострадания к местным женщинам. — Пусть приходит, кто хочет.

— Спасибо! — горячо воскликнула старшая жена, в порыве чувств схватила меня за руку, и мне неожиданно обожгло ладонь.

С удивлением смотрю на сочащуюся из ладони кров.

— Ах! Простите! Все время забываю о своем перстне. У камня, что украшает кольцо, очень острые грани. Сама не раз так себя ранила, но кольцо любимое, все никак не могу расстаться с ним. Держите мой платок.

Взяла протянутый Фелис белый кружевной платок и приложила к ладони.

— Ерунда, царапина.

Царапина, но вот за ужином Эйнер сразу заметил и перевязанную чуть позже у местного врача руку. Оказывается, в поместье лойра действительно есть все. В том числе и личный врач, приезжающий к моему супругу, как на работу. К врачу меня отвела сама Фелис.

— Как рука?

— Спасибо, хорошо.

Ну, конечно, Эйнер уже все знает. Это становится так… скучно.

За ужином я так пристально рассматривала мужа, что тот не мог не занервничать.

— Айра, почему вы так смотрите на меня? — полюбопытствовал муж под конец ужина.

— Да вот жду, когда же подействует яд.

— Какой яд?

Загадочно хмыкнула. На самом деле я пыталась понять, глядя на Эйнера, смогу ли я с ним сегодня ночью переспать, и пришла к выводу — смогу. Пересилю себя и смогу. Чисто внешне, муж мне достался симпатичный. Даже… ну, да, да. Красавец. Вот только мысль переспать с супругом мне все равно претит. Это будет выглядеть, как капитуляция. Но ради Лойки я все-таки смогу.

Кстати, вот думаю. Форму одежды — парадную надевать? То есть у Аниль что-нибудь этакое попросить из неношенного? Наверняка у ружей подружке есть что-нибудь интересное в запасе. Просто в свой первый раз хочется, и выглядеть хорошо, и не дать поводу супруга заподозрить себя в нелояльности.

Когда поздно вечером вернулась жутко довольная Аниль, увешенная драгоценностями так, что у меня в глазах зарябило, выложила девушке свою просьбу. Рыжая восприняла мою идею с восторгом и потащила к себе в спальню, где мы занялись примеркой нижнего белья, пеньюаров и прочих… весьма разнообразных аксессуаров. Узнала для себя много нового.

И вот я стою перед зеркалом в комнате своей подружки в просто потрясающем нижнем кружевном белье черного цвета, чулках, и туфлях на высоких каблуках. Мои волосы распущены и свободно ниспадают на плечи.