Книга Плен страсти, страница 62 – Виктория Свободина

Далеко Рейнер в этой темноте не ушел, секунда, и меня отрывает от амашентао. Стальная хватка одних рук, затем я оказываюсь в других. Мгла начинает стремительно рассеиваться.

— Следи за ней, – приказывает Окин удерживающему меня адмиралу, а потом переводит взгляд на меня. – С тобой мы поговорим позже, Леа. Только снесу голову твоему жениху.

В руках дараи появляется клубящийся мглой меч. С ним он неспешно идет к Рейнера. Оглядываюсь, поражаясь тому, сколько здесь йеров. Зал буквально кигит йерам, и они все прибывают и прибывают из… кажется это телепорты, только не такие, как обычно, словно одноразовые, личные. Фиолетовая вспышка, и вот словно из ниоткуда здесь новый йер. Неожиданно. Мобильные телепорты? Я думала, такое невозможно.

Амешентао не убегает. Спокойно стоит на месте. Усмехается. В его руках тоже возникает меч, без каких-либо эффектов, но тоже выглядящий угрожающе.

— Я не хочу с тобой биться, мне это ни к чему, – лениво произносит Рейнар. – Забирай своих прислужников и убирайтесь отсюда.

— Ты не в том положении, чтобы отдавать приказы, – замечает Окин, замахиваясь.

— Именно в нем.

— Йер вас за хвост! – это уже крикнула я, падая на пол. Как же больно. Все тело сдавило с такой силой, что стало трудно дышать. А еще в тело будто проникли тысячи жалящих иголок. Извиваясь, катаюсь по полу и вою. В глазах начинать темнеть.

— Что застыли, дараинейр? Задумались, стоит ли ее жизнь проигрыша? Она принадлежит только мне. Даже если я погибну, ее это не спасет. Убирайся. Она умрет, если в ближайшее время все йеры не покинут эту вселенную.

Тело раздирает боль, но я, стиснув зубы, молчу. Мне нужно услышать ответ.

Окин молчит. Выбирает?

В то же время я чувствую, как во мне начинает нарастать то, чего я уже давно не ощущала. Дикая, просто звериная злость. Боль словно сняла с меня барьеры, плотину, с давно копившимся и подавляемым темпераментом. Злость на обстоятельства, на демонов, решающих мою судьбу, все еще живущая во мне и тлеющая злость за сестру. Слишком долго нейшты подавляли и недавалит выплеснуть накопившейся негатив. Сводящая с ума боль.

— Хорошо, мы уходим, прекрати это, – бесцветным голосом произносит Окин.

— Гр-р, – а это уже, кажется, я.

Треск. И на пол градом осыпаются осколки моего костюма.

Дальше как-то плохо помню, что творила, но точно, что буянила. Передвиналась странным способом, как будто ползком. Кого-то грызла, не разбирая своих и чужих. Правда, противников у меня не было. Вкусных целей много, но драться никто не хотел, шустро разбегались, что-то постоянно кричали. Я чувствовала, что у них есть оружие, но никто его не применял.

Захотелось выскочить из помещения и пойти искать более достойные цели, но все ввходы из зала оказались заблокированы, окон тоже нет. Пришлось снова начать гоняться за теми, кто в зале. Не трогала только одного, это пара, его нельзя.

Набегаашись от дружно разбегабщихся целей, заскучала. Свернулась клубком на верхней балке под потолком и раздраженно, с обидой наблюдаю за мельтешащими внизу жертвами.

Постепенно сознание стало возвращаться. Чуть не упала со своего насеста, поняв, что я как будто не в своем теле. Это тело больше. Оно все чешуйчатое. Ощущаю я себя как-то иначе. Как будто конечностей стало больше.