Онлайн книга «Однажды в Трансильвании»
|
Тихий, бархатистый голос друга успокаивал. И когда страх, казалось, уже начал отпускать, из тех же кустов, где скрылся медведь, показалась огромная взлохмаченная волчица. Выпрыгнув на небольшую полянку в пяти шагах от Раи, она завертелась волчком, как будто бы пытаясь поймать свой собственный хвост, а через мгновение обернулась тетей Викой, набрасывавшей на свои голые плечи холщевую накидку, видимо, припрятанную тут же в овраге. В этот раз сознание Раи не справилось и покинуло девушку еще до того, как тетя Вика повернулась к племеннику с невинным вопросом: — А ты что, ей еще не сказал? * * * Второй раз за утро Рая проснулась все в той же маленькой комнате, на той же кровати, поэтому все произошедшее полчаса назад предпочла воспринимать как нелепый сон. В доме не было никаких медведей, да и тетя Вика выглядела вполне обычно. Вот только виноватое выражение лица Раду настораживало. Тетя Вика строго сказала племяннику: — Давай уже, начинай. А то я сама все расскажу. Молодой человек набрал в грудь воздуха и начал рассказывать: — Тебе же хотелось мистики? Ну так вот, добро пожаловать в Хойя Бачу – заповедный лес, который еще прозвали румынским бермудским треугольником. Рая скептически приподняла бровь. Не про какие румынские треугольники она ничего не слышала, да и вообще звучало это до крайности нелепо. А Раду тем временем продолжал: — Все женщины в этой деревне вылвы – это что-то вроде ваших леших или диснеевских лесных фей. — … или оборотней. Подсказала от чего-то осмелевшая Рая. — Не совсем. вылвы могут оборачиваться не только волками, но и другими зверями. Да и от фазы луны их обращения не зависят. Способность оборачиваться связана только с местом. Например, в лесу Хойя Бачу обращение возможно, а отъедешь на пару десятков километров от деревни и уже нет. При этом лес наш не единственный, есть и другие места, где возможно обращение. Правда, их с каждым веком становится все меньше и меньше… Ведь все больше людей предпочитают жить в городах и перестают служить лесу. Твоя бабушка, например, не успела передать тебе Знание. Вот так мы и теряем вылв. — Ты только бабушку сюда не приплетай! Она не во что лохматое не превращалась! Тетя Вика, стоящая у окна, только презрительно хмыкнула: — И то верно, она отращивала клюв и перья. Совой она была! Рая побледнела. Если бы она своими глазами не видела, как волк превратился в тетю Вику, то слова Раду она непременно приняла бы за бред сумасшедшего. Но Раиса все помнила. И сейчас, глядя на пожилую женщину, видела ее второе воплощение так же четко, как и то, какого цвета на ней был фартук. На мгновение Рая закрыла глаза, стараясь воскресить в памяти образ бабушки, и сама удивилась, как легко и естественно разум нарисовал картину обращения покойной родственницы в сову. Большую, с размахом крыльев не менее полутора метров, с дымчато-серым оперением и огромными желтыми глазами. Рая видела это будто бы наяву! А Раду тем временем продолжал: — В Молдове, под Кишинёвом, тоже был заповедный лес. Но после смерти твоей бабушки сила его иссякла, так как тетя Вика осталась там единственной вылвой и ей пришлось переехать в Хойя Бачу. — И что вам нужно от меня? У Раи не было иллюзий относительно намерений Раду. Ведь он заманил ее в эту деревню, ничего не рассказав о том, что тут творится. |