Книга Вкус невинности, страница 71 – Роксана Гедеон

— А как же граф де Монтрей?

— Я рассталась с ним. Представляете, Лакруа, ему взбрело в голову уехать в провинцию. Нет, Париж я не согласна променять ни на что. Надеюсь, вы понимаете меня.

— Значит, вы, Адель… - Он не договорил, голос его срывался.

Она, улыбаясь, закончила:

— Значит, я рассчитываю на вашу дружбу, вот что.

Он все понял. Но не в силах был поверить. Мечта сбылась так неожиданно, что Лакруа не знал, как поступить. В крайнем волнении он поднялся, сделал два шага, потом снова вернулся к столику. Адель внимательно следила за ним взглядом, не переставая пить кофе. В душе она была крайне холодна и спокойна. К счастью, ресторатор, видимо, ничего не знал об Эдуарде, поэтому воспринял ее ложь без всяких расспросов. Теперь она ждала только одного: когда он перейдет к делу.

Лакруа был так опьянен, что мог в эту минуту променять все блага упорядоченной семейной жизни на один час, проведенный в постели с Адель. Она уже не просто нравилась ему, она могла свести с ума. Он представил себе блаженство забытья в ее объятиях, блаженство обладания ею, отдохновения от супруги, ресторана, прочих забот. Как хотелось этого минутного сумасшествия! Жизнь - та, которую он вел, - была так скучна, так ненавистна. Он ведь еще молод, черт возьми! Иметь постоянную любовницу, да еще такую, как Адель, - это лучше, приятнее, это куда удобнее, наконец, чем тайком бегать в публичные дома!

Голос у него срывался, когда Лакруа склонился к Адель и грубо, скрывая собственное смятение, спросил:

— Чего вы хотите?

Адель улыбнулась и поднялась. Шелест ее юбок волшебным шумом отозвался в его ушах.

— Я хочу совсем немногого… Мне нужна квартира, Лакруа.

— Ну, квартира, - это понятно. - Он в уме прикидывал, куда бы поселить Адель. - А еще?

Она засмеялась.

— Ради вас, мой друг, ради вашей старой дружбы я обойдусь без служанки. Но зато…

— Что?

— Мне нужен чек на три тысячи франков на предъявителя.

Лакруа трудно глотнул.

— На три тысячи?

— Ну да,- беззаботно ответила она. Потом взглянула на него, и ему показалось, что ее глаза готовы вспыхнуть презрением, если он не согласится. - Кроме того, вы оплачиваете мои счета.

— А вы?

— А я буду самой милой, самой приятной из подруг, обещаю вам.

Она должна была обойтись ему дорого. Только что Лакруа прикидывал, сколько денег нужно попросить у жены для ресторана, и у него выходило около пяти тысяч, а теперь оказалось, что одна Адель будет стоить столько же. Квартира, чек, наряды…

Адель спокойно улыбалась, ожидая его ответа. Сам Лакруа ей был безразличен, в чем-то даже неприятен. От волнения у него на лбу выступили капли пота, и он все время касался рукой своих усов, словно приводил их в порядок. В целом его можно было терпеть, но Адель не нравились его глаза - неопределенного темного цвета, с красными прожилками. Лишь одно поднимало ей настроение - то, что она сумела повести себя просто блестяще. Чем бы ни закончился этот визит, она уже выиграла хотя бы хороший завтрак.

Он вдруг спросил:

— Когда?

Адель чуть подалась в его сторону, качнув юбкой:

— Так что же, согласны вы?

— Да. Конечно да, тысячу раз да!

У него чуть дрожал голос. Она спокойно ответила:

— Если у вас есть сейчас время…

— Конечно, есть.

— Но как же ваш ресторан?

— Наплевать на него. У меня есть время.