Книга Воин, страница 37 – Настя Штеген

— Кому? Кому можно жить иначе? Графиням, которые почему-то думают, что вылезли из золотой вагины, и чем-то особенные, а не такие же, как и все?! Да! Они живут лучше, чем мы! Но какая это жизнь? Думаешь в золотой клетке жизнь лучше? Быть игрушкой графа лучше? Не иметь никакой власти и значимости без своего мужа лучше?!

"Я ведь тоже… графиня… но я никогда не позволяла себе таких мыслей!"

Впервые за всё время я задумалась, а было ли в моей семье так же… Мама всегда казалась такой счастливой, а папа любил нас, никогда и ни в чём не отказывался.

"Могли ли они что-то скрывать?"

— Мой отец выбрал мне мужа, когда я ещё была ребенком… Мы виделись один раз, но сейчас я даже не помню ни его имени, ни как он выглядел.

— Оно и лучше!… Кем был твой отец? — этот ужасный вопрос, не хочу его больше слышать.

— Пекарем. У меня ещё была младшая сестра… Они все погибли…

"Можно сказать, что я и не вру… Так ведь?"

— Ох… Что-то утаиваешь, ты девочка!

"Да как она это понимает?"

— Почему вы так думаете? — пытаюсь говорить спокойно, не показывая, что она меня раскусила.

— Я видела как ты мыла столы! Ты тряпку едва смогла выкрутить! А теперь ты говоришь, что дочь пекаря! Ха-ха! Ты хотя бы знаешь как выглядит семья пекаря? Они работают день и ночь, это адский труд!

"Об этом я не подумала…"

— Папа очень любил меня… мне даже нельзя было выходить со двора, он переживал за меня, будто мне везде угрожает опасность. — выкручиваюсь как могу, но по сути говорю правду, и лицо женщины теплеет.

— Значит тебе очень повезло. Как зовут тебя хоть?

— Прима.

"Мне так надоела эта ложь! Я больше не хочу ничего выдумывать…"

— Теперь будем знакомы по-настоящему. — Ребенка поднимается с земли, подавая мне руку. — вытри с себя эту дрянь, ты же такая красавица! — лекарша руками вытирает грязь с моего лица и слёзы вместе с ней.

— Спасибо вам! — порывисто обнимаю женщину, та стоит в изумлении несколько секунд, а потом легонько бьёт меня по спине, слегка приобнимая.

— У меня никогда не было детей, но глядя на тебя, я понимаю, что хотела бы такую дочь! — она впервые улыбается так нежно, но глядя на труп Райдена, быстро берёт себя в руки.

— Давай…нужно дотащить его до подвала. Ты ведь как настоящий воин донесешь своего друга в последний путь?! — лекарша подмигнула мне, что немного помогло, чтобы я не рухнула назад, а взяла себя в руки.

— Конечно.

Вдвоем относим тело Райдена в подвал, сейчас он фактически переполнен трупами.

— Не переживай, завтра их всех похоронят! — женщина грубо сплевывает, и выходит на воздух.

— Неужели успеют выкопать столько могил? — лекарша снова смеётся, и бьёт меня по плечу.

— Земли не хватит, чтобы похоронить стольких в разных могилах! Их похоронят в общей — братской могиле! — меня аж передёргивает от этих слов.

— И Райдена тоже?!

— И его тоже! Или он чем-то особенный?

— Прошу! Разрешите мне похоронить его отдельно! Я умоляю! — падаю на колени перед лекаршей, ухватившись за её белый халат, оставляя на нём кровавые следы.

Слёзы льются с глаз, и видимо это трогает сердце женщины.

— Да ради Бога! Только ведь не я это решаю! Иди к своему командиру, если он даст добро, то хорони хоть сейчас.

— Спасибо! Спасибо вам!

— Ну перестань! И давай уже на ты! Я ведь ещё не такая старая!

— Да, конечно… Я… Пойду! К командиру…