Книга Убей любимых, страница 63 – Л. Э. Харпер

Это мне тоже известно. Я все это написала – и все равно, сказанные вслух, слова разрывают мне сердце.

— Хочу, чтобы эта война закончилась, – шепчет он. – Ни одна живая душа в империи не способна хотеть иного, но я всегда воспринимал войну как личную обиду. Она уничтожила того, кем я был, и обошлась так со всеми; но еще она уничтожила того, кем я мог стать.

Я сглатываю комок в горле. Меня охватывает внезапное желание обнять его, утешить, защитить.

— Я убью Залора, – клянусь я. – Сокрушу его так, что на Солере не останется о нем даже воспоминаний. Тогда ты сможешь поселиться в красивой долине и прочитать все книги на свете.

Во взгляде Валена снова появляется блеск.

— Мне нравится.

Ни тени сомнения и скепсиса – как глоток свежего воздуха. Его тихая вера укрепляет мою решимость. Я не в силах скрыть улыбку, а ведь я знаю, как на него действует улыбка Кайлы. Это несправедливо для нас обоих.

Вален оказывается сознательнее. Он откашливается и встает, разглаживая форму.

— Уже поздно. Нам нужно успеть поговорить с Темерес.

И так, в один миг, чары рушатся.

Мы уносим тарелки и покидаем дворец. Недавняя битва служит безупречным оправданием для того, чтобы запросить карету до западной стены. Источнику магии нужно три дня на то, чтобы восстановиться после полного исчерпания запасов энергии. Ладно, 2,71828 дня – основание натурального логарифма, важное число в квантово-магических уравнениях, – но кто будет считать?

Элдрианцы не знают, что я не призвала ни единой нити магии в Торвеле. Они думают, что я не могу перенестись, потому что до сих пор перезаряжаюсь, так что наш запрос не вызывает подозрений.

Прибывшая карета движется благодаря аэромагии и парит в полуметре над землей, что обеспечивает плавность хода. В военное время это еще и выгоднее лошадей. Магия не нуждается в пище и не занимает место в конюшнях.

К тому времени, как мы выезжаем из Мидгарда, наступает ночь. Городской стражи стало вчетверо больше. Вален объяснил мне, что после неудавшегося освобождения Торвела Залор сделал все, чтобы молва разошлась по материку и каждый – от простой глубоководной нереиды до старейших драконов – узнал, что лорду нужна Кайла Старблйэд. Живой.

Он даже предложил награду, хотя и очень в своем духе – «гарантированное выживание смертных рас». Не слишком убедительно, но и этого хватило, чтобы у меня скакнуло давление.

Стражники стоят в дозоре на стенах. Огненные кристаллы испускают резкий свет, заливая воздух оранжевой дымкой. Почти незримое, но всегда узнаваемое силомагическое поле мерцает и переливается в пустом небе.

— Со временем мы не рассчитали, – бормочу я. Драконы – дневные существа, и большинство из них к этому часу должны спать. Самые деловитые все еще скользят в тонких облаках, но Темерес я не вижу. Не уверена, что она до сих пор снаружи.

— Фелтис, весерэй аидос! – зову я молодого дракона, низко летящего над рекой в поисках рыбы для позднего ужина. – Тенри корсирас авес Темерес. Те'ас-эндрал налер элерос солендра?

Моим фразам не хватает изящества, но самец кивает, подтверждая, что понял меня. Драконы способны общаться мысленно, так что он наверняка уже передает мое сообщение Темерес.

Потом он скрывается в темноте, оставляя нас одних. Погода хорошая, но я дрожу. И борюсь с искушением подвинуться ближе к Валену, неизменно теплому.