Книга Писец подкрался. Или... Отбор по приказу, страница 60 – Марина Андреева

И понеслось… Для начала я получила кое-какие полезные подсказки о том, как пробудить память моей предшественницы. И мне это удалось! А там уж, слово за слово, и в голове начали проявляться наполненные чувствами картинки и эмоции. Они захлёстывали, заставляя испытывать неизведанное, и отчаянно краснеть. У меня даже уши горели от осознания порочности этого мира!

— Ничего подобного больше не будет! — категорично заявила я, чем вызвала искреннее удивление лериреи.

— Но… Как? — промямлила та. — Это же в нашей природе, и магические силы тебе надо как-то восстанавливать… Без неё ты погибнешь, перегоришь…

— Что?! — пришёл опять мой черед поражаться.

— Это неотъемлемая часть магии… — отозвалась моя пушистая половинка. — И Катриона именно поэтому, всегда и была очень сильным магом, — добила она, а мне с грустью пришлось признать — магом мне не быть. Совсем не быть. И долго не жить.

И вот говорите, мы с Катрионой похожи?! В каком месте, кроме внешности и общих жизненных стремлений? Или дело в том, что прежде у меня не было второй сущности? И если бы она имелась, то я вела бы себя точно так же?

О да, теперь я узнала, что такое метка самца, а ещё, в полной мере поняла смысл бытующего на Земле выражения — "метку ставить негде". Это совпадение? Или наши миры пересекались испокон веков?

Оказалось, что блюсти честь до брака должна именно вельхора, а не лерирея. Для второй вообще никакие законы не писаны. И "опасные" ночи, становятся для самки таковыми, лишь после прохождения брачного обряда, до того же, крылатый северный зверёк ведёт вполне вольную в сексуальном плане жизнь! Ведь сам факт того, что самочка сменила ипостась, оказывается приравнивается к приглашению на чашечку удовольствия. И распространяется оное не на одного единственного и неповторимого, а на всех желающих присоединиться… Самые настоящие кобелиные случки. Кошмар, да и только. Мир подлунных оргий!

До чего же всё двояко и цинично! Я наивно полагала, что тут царят строгие нравы? Поражалась пуританским обычаям мира, где за отсутствие девственности у впервые взошедшей на брачное ложе женщины, оную могли убить?! И ведь убивали, поэтому сошедшие с пути истинного вельхоры просто-напросто никогда не выходили замуж, дабы сберечь себе жизнь. Исключением становились лишь такие случаи как у Элизы — Женоэль оказался порядочным мужчиной: сам лишил невинности, сам и женился. Откажись он от брака, и её опрометчивость вышла бы боком, поломав всю жизнь. Учитывая магическую завязку, позволяющую забеременеть только после прохождения брачного обряда, добрачная близость обрекала на вымирание рода, а самих «оступившихся» на негласное порицание обществом, ведь то, что женщина долго не выходила замуж, воспринималось как признание в её аморальности. Ну и конечно же притягивало словно магнит всех свободных мужчин, жаждущих познать ласку в своей основной ипостаси. Хм… Что же обо мне думают? Мне уже годков немало, а мужа-то нет! Хорошо хоть, благодаря, пусть пока и частично, но всё же открывшейся наконец-то памяти Катрионы, я теперь точно знала, что та действительно девственница, и мне в случае чего, хотя бы смерть не грозит.

А тем временем, в памяти возникали всё новые и новые воспоминания. Подумать только: ведь наш земной год за два здешних считается. Пусть я и попала в прошлое, относительного своего жизненного цикла на Земле, но всё равно, Катрионе тридцать восемь уже исполнилось, пусть это и равно земным девятнадцати, но всё же много. Для меня много. И если я, живя на Земле, помимо наивных, пусть и потаённых мечтаний о любви духовной, порой буквально с ума сходила от физического желания, и лишь гордость не позволяла плюнуть на всё и удовлетворить физиологические потребности с кем-либо не отвечающим моим представлениям об идеальном партнёре, то как же Катриона продержалась до тридцати восьми лет? Я думала, что дело в страхе перед жуткой расправой за распущенность. А оказалось, всё гораздо проще — перекинулась в зверя и гуляй душа в сторонке, пока тело разрядку получает.