Книга Писец подкрался. Или... Отбор по приказу, страница 155 – Марина Андреева

Исходя из этого, если предположить, что Леонид действительно истинная пара Катрионы, то, вернувшись вместе на Раментайль, и пройдя там брачный обряд, она могла бы окончательно снять проклятие, довлеющее над нашим родом. Но учитывая тот факт, что сестра умолчала об этом — рисковать она не хочет. Что очень странно, при её патриотических взглядах на жизнь. Она готова помочь всем, но не рискнуть собственной жизнью во благо рода и потомков.

Уже как пьяная от желания спать, я ещё раз пробежалась взглядом по ускользающим, норовящим расплыться строкам. Завтра, если всё останется по-прежнему, и я проснусь на Земле, поговорю с Катрионой. Понимаю, что это риск, но это и шанс. Пойду с ней к алтарю. Если мы со Славиэлем не пара… Что же… Надеюсь, он освободится от брачного бремени после моей смерти, но вдруг нам удастся сделать то, ради чего жертвовать собой сотни, а то и тысячи женщин нашего рода?

С этими мыслями я провалилась в мир грёз и фантазий.

Снилась мама. Она беспокоилась, просила не делать глупых ошибок, которые могут стоить мне жизни. Но теперь я уже не могла поступить иначе. Раньше, помнится, я восхищалась Катрионой, тем, что у неё имелись в жизни высшие цели «не себя ради, а окружающих для». И вот, у меня тоже появился шанс сделать нечто, что возможно изменит жизнь моим потомкам. Умру? Значит, судьба. Погибнет Катриона? Вот тут почему-то становилось действительно страшно. Ведь я собиралась подтолкнуть её к этому шагу. И случись с ней что-то, именно я буду жить дальше с чувством вины, но и отказаться, проявив трусливость, не могу. Уважать себя перестану. Глупо возможно, но именно так я и ответила маме во сне. С такими мыслями и проснулась.

Пробуждение было премерзким. Во-первых, излишне ранним. Я, с трудом разлепив глаза, взглянула на настенные часы и мысленно взвыла: явно заявилась Лизка. Безусловно я скучала по ней и хотела бы повидаться, но… Не через сорок же минут после того как заснула. Чудно, что мне ещё и присниться что-то успело.

А звонок всё верещит и верещит. Голова как чугунный колокол, кажется, стукни по ней и раздастся гулкое "бум". Но делать нечего, выползаю из комнаты, сталкиваясь в коридоре с заспанной Катрионой.

— Лизка, — не столько спрашиваю, сколько констатирую я.

— Она, — вымучено кивает сестра и направляется открывать двери.

Гостья, всего лишь на мгновение замерла на пороге, переводя ошалевший взгляд с меня на Катриону и обратно, и тут же, весь дом огласил радостный визг, а у меня на шее повисла рыжая бестия, продолжающая верещать, похлеще иной сирены.

— Децибелы сбавь, — полупридушенно пискнула я, как только обрела возможность хоть как-то дышать. — Я тоже рада повидаться, но…

— Как ты её узнала? — закончила за меня сестра, видимо наши мысли сходятся. — У нас же магический фон одинаков и даже ауры, не говоря уж о внешности!

— Ай, — отмахнулась Лизка, поступая так же, как накануне делала Катриона, то есть, безбожно тиская мою бедную тушку. — Что мне ваши фоны и ауры, я их не вижу.

— Но как? — на этот раз уже хором, спросили мы с Катрионой.

— Хм… — подруга на миг задумалась, даже тискать меня временно перестала. — Сердцем, наверное, — пожала плечами она. — Ты хорошая, — глядя на Катриону, произносит. — Но ты подруга. А Катюха, это часть меня, часть детства… Она мне как любимая сестра.