Книга Императорская любовь, страница 53 – Марина Андреева

Домучила. После мыслей об императоре, Мэрионе и Арлетте, поставила жирную точку. Здоровенный лист исписан с обеих сторон. Кошмар! Как-то я и не предполагала, что во мне столько всего накопилось.

Что там дальше надо? Перечитать три раза? Бррр… Меня даже передёрнуло. Но надо, так надо. Читаю. Переживания действительно как-то притупляются.

Второй заход. На душе как-то спокойно. Это ведь уже в прошлом.

Чтение третье. Какие-то моменты буквально проскальзываю глазами. Теперь они кажутся такими несущественными, совершенно не стоящими внимания, и я уже искренне недоумеваю, зачем вообще тратила время, занося их в этот список. Не стоили эти мелочи моего внимания. А что-то, наоборот, вызывает ностальгию и умильную улыбку на губах. Надо же, а ведь и вправду работает, а я думала, что слова «простить и отпустить» это всего лишь образное выражение. Ан нет, так ведь и происходит. Реально прощаю. Искренне, от души.

Хорошо. Спокойно. Но это ещё не всё. Кострище, некогда огроменное, вот-вот грозит прогореть. Едва тлеет уже, не в силах разогнать подступающую мглу.

Не-е-ет, так дело не пойдёт, ты мне ещё понадобишься, мой огненный друг. Благо, работники перед пикником заблаговременно заготовили дров с запасом, сложив их неподалёку.

Подкинула поленьев. Зашипели, пузырясь соком и смолой свежесрубленные ветви, схватились всполохами огня те, что посуше. И вновь вокруг далеко расстилается светлое пятно из неверных отсветов пламени. Кажется, будто это духи водят хороводы. Но мне не страшно. Они благосклонны ко мне, я это чувствую.

Продолжим. Новый лист бумаги. Теперь записываем всё хорошее, полезное, что я почерпнула из некогда столь обидевших меня ситуаций. Воспоминания о тёплых, светлых моментах, связанных с этими людьми, а под конец и вельхорами.

Хм… Надо же, оказывается всё вовсе не так уж плохо. И улыбка сама собой расцветает на губах. И мир как-то светлее становится, окружающее пространство наполняется красками, а недавно тонувшие в кромешной мгле деревья, травы, предметы, обретают чёткость контуров и линий. Боги! Это же рассвет! Сна ни в одном глазу. В душе покой, в голове небывалая ясность. Ну что же, остался последний, завершающий штрих: сжечь написанное и уйти не оборачиваясь.

И как-то так вдруг грустно становится прощаться с этими воспоминаниями. Ведь они часть меня, часть прошлого, благодаря которому я стала той, кто есть здесь в данный момент. Но не время проявлять слабоволие. Бросаю исписанные листы бумаги в уже опавшее пламя вновь догорающего костра. Разворачиваюсь к нему спиной и замечаю вдали над деревьями крышу замка. Иду в нужном направлении. А сзади словно зовёт кто-то, молит, чтобы не бросала. Но я не поддаюсь соблазнам, иду дальше.

К замку не пришла, а буквально подлетела. Денёк не самый лёгкий вчера выдался, ночь бессонная, а у меня словно крылья за спиной выросли, а в душе появилась уверенность: я всё правильно сделала, и теперь-то всё точно будет хорошо. И что бы я не задумала, со всем справлюсь.

Из лесочка выбралась с первыми лучами восходящего солнца. Миновала безлюдный в столь ранний час внутренний двор, вошла в холл и ошалела от открывшейся мне картины.

Кажется, не только я, но и вообще никто этой ночью во дворце не спал. Все работники имения собрались здесь, и, судя по встревоженным лицам, чего-то ждали. С непонятной решимостью во взглядах, а у кого-то даже с обречённостью. Только у одного из мужчин подозрительно вздымалась грудь, словно после пробежки. Неужели следил за мною? Возможно.