Книга Развод. Я заберу твою жену, страница 44 – Анна Гром

— Как твои дела? – Миша чуть увёл меня в сторону, под арку из мелких кустовых роз.

Аромат просто сводил с ума. Нежный, тонкий, чистый, как в райском саду. Я с удовольствием приблизила лицо к одному маленькому нежно-розовому бутону и втянула запах так глубоко, как позволяли мои лёгкие. Хотелось по-хулигански сорвать цветочек, пока никто не видит, и вставить себе за ухо. Но это было бы совсем легкомысленно.

— На развод подала, – ответила я и радостно улыбнулась.

Надо же, какую радость и облегчение я испытала, произнеся эти слова. Будто из тюрьмы выпустилась.

Посмотрела Мише в глаза. Вдруг отчётливо поняла, что стоит он ко мне слишком близко и от этой близости я ощутила смятение. Миша большой, как медведь. Просто гора. Если я встану ему за спину, то сделаюсь невидимкой – меня близко никто не найдет, даже макушки из-за плеча видно не будет.

— А живешь где?

— Пока у Вали, потом перееду в квартиру. На мне ещё осталось кое-какая недвижимость, – я зло усмехнулась, вспоминая телефонный разговор с Волковым. Как он угрожал, что располовинит и ту бедную однушку, и эту ржавую «Калину», и глумился надо мной в открытую. Лев Волков не заслуживал добрых воспоминаний, он всё перечеркнул. И стоять я буду на своём до конца.

— Что ты имеешь в виду?

Я взглянула на Мишу.

Он смотрел мне прямо в глаза, цепко и внимательно. В душу смотрел. И близко он был так, что между нами едва коробок спичек поместился бы. Наверняка со стороны наше общение выглядело слишком близким, почти интимным. И я сама ощущала себя как-то слишком странно. Взволнованно. Как юная студента, а не взрослая женщина тридцати трёх лет.

У меня до Льва и не было-то никого толком. Большого опыта в отношениях с мужчинами у меня нет. Школьные романы тщательно отслеживались матерью, и мало кто из ребят выдерживал бесконечно пиликающий телефон и смски от мамы из серии «немедленно домой», «у меня сейчас с сердцем плохо будет, если не ответишь», «немедленно перезвони» и иже с ними. После замужества мужчины для меня в основном были друзьями и коллегами, но к Мише это определение как-то не клеилось. Особенно на таком ничтожном расстоянии.

— Обещает проблемы с разделом имущества. Говорит, ничего мне не достанется, особенно фирма. Он там, видимо, что-то нахимичил. Готовился, похоже.

— Вон как… – Шумский задумался, почесал макушку. – Так вот зачем он на меня свою долю в фирме переписал. Понял я теперь…

Меня встревожил его ответ. И выражение его лица тоже – я впервые увидела его злым.

Я не успела уточнить, что он имел в виду – меня оглушил восторженный возглас Алёнки, который вынес из головы все мои вопросы.

— Май, май, смотри!

Алёнка увлекла жену Олега и Валю куда-то вглубь островка. Видимо, нашла что-то интересное. Забавная девочка, очень милая.

— Почему Алёна её Майей называет, а не мамой? – полюбопытствовала я.

— Она ей не родная мама, – как-то отвлечённо и задумчиво ответил Миша. Видимо переваривал информацию о моём разводе и вероятных махинациях Волкова против меня, – За пять минут не объяснить. Может, за ужином расскажу?

Я растерялась. Испугалась. Ужин это ведь значит свидание?

«…видел я на свадьбе товарища светлую, чистую, прекрасную девушку с добрым сердцем, золотыми мозгами, гордую, прекрасную, весёлую. Мечту, а не девушку».