Книга Заберу тебя себе, страница 67 – Анна Гром

У меня на шее всё ещё висели его дельфины. Я машинально дотронулась до них рукой.

— Я знаю, что ошибся. Я в тебе не сомневался, Арин, просто мне надо было всё проверить досконально. И я понимаю, как это выглядело для тебя. То, что ты сделала для Киры… Я не могу подобрать слов. Любой другой бы на твоём месте… – он замолчал, сжав челюсти. Да, другая на моём месте просто прошла бы мимо. – Таких как ты, больше нет, Арин. Ты для меня… – он снова запнулся. Да, признавать вину, это вам не шутки, тяжёлый процесс. – Говорить о чувствах я не мастер. Я больше по поступкам. Я пока не знаю, как и чем искупить свою вину перед тобой, но я не отступлюсь, пока не заберу тебя отсюда. К себе. В качестве своей жены.

Что он там хотел, это были его проблемы.

Но тут началось.

Сталев использовал весь свой арсенал и все свои возможности, чтобы сомкнуться вокруг меня кольцом, как змей. В ход пошли ежедневные огромные букеты, конфеты, фрукты, ювелирные сюрпризы, приглашения на свидания. Свидания и игнорировала, а возвращать подарки я просто не знала, куда.

Моя квартира и моё новое рабочее место постепенно превращалось в оранжерею. Я даже подумала организовать в центре лавку по перепродаже букетов, чтобы пополнять свою финансовую подушку безопасности. Это, конечно, шутка. Однако я поняла, чего стою, но гордыня и тщеславие мною не овладели. Я просто повысила «входной порог» своего доверия и взрастила свою независимость и целостность.

Кирой, как последним аргументом, он решил воспользоваться только сегодня. Они приехали вместе забирать меня с работы.

— Тётя Рина, тётя Риночка! Я всё ещё хочу плавать, но я не хочу больше ни с кем, только с тобой. Я только тебе верю! – она чуть ли не бросилась мне на шею.

— Я тоже теперь верю только тебе, – Саша улыбнулся мне своей открытой мягкой, столь редкой на его суровом лице улыбкой, и я поняла, что он точно не отступит. Даже если я буду бегать от него ещё год.

Ну, поглядим.

С моей руководительницей мы согласовали часы индивидуальных занятий по плаванию, которые я буду проводить с желающими. Сталев занял сразу три дня по полтора часа. Стабильно трижды в неделю мне было от него не отвертеться. Хитропродуманный жук!

Я смотрела на него, на его воодушевленное лицо, в его влюбленные глаза, полные восхищения, решимости и настойчивой уверенности, что он выбрал меня и что получит меня в свою семью, как получал каждый свой бизнес, и в груди поднималось странное смешение раздражения и… чего-то ещё, чему я пока не хотела давать названия.

Он был как настырный, но невероятно обаятельный вирус, который проникал сквозь все мои защитные барьеры. С Кирой на руках, прижимающейся ко мне, я чувствовала себя загнанной в угол, но это не было неприятно. Скорее, я была как одичавший домашний зверёк, который, несмотря на своё недоверие к людям, вдруг обнаруживает, что ему нравится тепло чужих рук.

Первое занятие прошло под его пристальным взглядом. Сталев сидел на скамейке, скрестив руки на груди, и наблюдал за каждым моим движением, за каждым словом, обращенным к Кире. Он не отрывал глаз, и это было одновременно и нервирующе, и… странно приятно.

Я старалась быть максимально профессиональной, сосредоточенной на девочке, на технике, на безопасности. Кира была в восторге, ее смех эхом отдавался под сводами бассейна, и это было единственное, что позволяло мне не думать о мужчине, который, казалось, прожигал во мне дыру своим взглядом. После занятия, когда Кира, уставшая, но счастливая, убежала переодеваться, он подошел ко мне.