Книга Алгоритм поиска идеального партнёра, страница 2 – Анна Гром

— Ладно, и что ты предлагаешь? – с унылым видом принимая комплимент в виде сложносочинённого десерта от мужчины с соседнего столика (тупоголового качка с ванильной мордашкой, конечно же), спрашиваю я.

— Загадывай число, – заговорщицким голосом произнесла Холли Мэй, играя бровями. – От ста до двух тысяч восемнадцати.

О, она полезла в конец списка, туда, где кучкой висели самые неподходящие по выбранным мною параметрам кандидаты. Захватывающий меня ожидает аттракцион.

— Три, четыре, три, – выбираю зеркальное, красивое число, и замираю в ожидании. Холли щёлкает мышкой и коварно улыбается. Эта её улыбка может с равной долей вероятности обозначать, как «ммм, как интересно», так и «боги, какой ужас».

— Ну! – я стучу ногтями по столу от нетерпения.

— Рост сто восемьдесят семь…

Вау, не коротышка, повезло.

— Знак Зодиака Телец, если тебя это, конечно, интересует…

Не интересует ни капельки.

— Двадцать семь лет…

Почти ровесник, отлично.

— Работает учителем математики…

Вот это что-то новенькое.

— Кстати, в нашей школе… И живёт, похоже, где-то совсем рядом с тобой.

Во мне просыпается охотничий азарт.

— Голубые глаза…

Отлично, мои любимые.

— Да покажи уже! – Я бью носком туфли ножку её стула. Завершение целибата маячило на горизонте и мне не хотелось терять ни единой лишней минуты. Фальшиво изобразив голосом фанфары, Холли развернула ноутбук ко мне.

У меня упало всё, что даже не могло стоять в виду физиологического отсутствия. На меня смотрело нечто, сфотографированное в полный рост. Нескладный, высоченный, сутулый, на нём была клетчатая рубашка а-ля техасский фермер и светлые, мешковатые брюки; одежда висела на нём, словно купленная на вырост. Лицо его было бесконечно далёким от опредения смазливого – вытянутое, худое, скуластое, за тонкими, плотно сжатыми губами угадывалась проблема с прикусом. Светлые брови терялись на бледно-розовом лице, волосы отливали рыжиной. А рыжих я терпеть не могу! Полная противоположность моим устоявшимся вкусам, просто десять из десяти. Холли листнула мышкой, и я увидела ещё одно фото – из водительских прав или школьного альбома. Это до невозможности выразительное в своей несуразности лицо венчали очки в роговой оправе.

— Ну, как? Поставлю ему сердечко?

Холли трясло от смеха, она надулась, став красной, как рак – ещё немного, и она взорвётся своим оглушительным хохотом, совершенно не подходящим для приличных заведений. Не знаю, что меня взбесило больше – Холли с её пригородной развязностью или этот несчастный, которому выпало стать предметом спора.

— Ну, нет! Я с этим чучелом даже за угол не выйду! – не то, что в места, где я привыкла проводить свидания. Да меня туда даже не пустят с таким кавалером! И кого он собрался зацепить таким профайлом? Слепую?!

Мои двадцать восемь дней удлиняются на неопределённый срок, но теперь это пугает меня куда меньше, чем перспектива «расширить кругозор» в подобной компании.

— Зачем куда-то ходить, пригласи сразу к себе, – Холли не унималась, и я подозвала официанта, чтобы попросить у него счёт. Холли пусть платит за себя сама, тупая задница. Пылая праведным гневом, я вложила ему в планшет карточку вместе с двадцаткой чаевых, отчётливо и мстительно заявив «Пополам».

— Ну, Вэ-э-энди!

Холли утёрла слёзы и взглянула на меня взглядом нашкодившего щенка. Совершенно не жалеющего о своей проделке. Нет, я уже не злилась – психую я ярко, но отхожу быстро, однако я привыкла держать слово, но в этот раз я решительно готова была своим принципам изменить, и пусть меня потом будет мучить гордость.