Книга Тайная страсть. Мое искушение, страница 89 – Ася Мори

Волна ярости поднимается из недр моего спокойствия. Да как он смеет перекладывать на

меня часть вины?!

— А кем бы ты была без меня? Сиротой с пустым кошельком?

Слова звучат как оглушительная пощечина. Резко вскинув голову, я впиваюсь в почти

бывшего мужа глазами.

— Господи, что я несу!.. — Андрей сжимает переносицу двумя пальцами и хрипло, с шумом

выдыхает. — Прости! Прости меня, Кристина! Я не должен был этого говорить…

— Андрей, уходи!

— Просто дай мне несколько минут… и ты сама решишь, как дальше поступать… — просит,

понизив тон до примирительного.

— Хорошо… — выдыхаюсь я, не имея больше сил на противостояние. — Говори и уходи.

В эту секунду мой телефон на столе издает короткий вибрирующий сигнал, но я успеваю

накрыть экран ладонью и перевернуть прежде, чем Андрей кидает ястребиный взгляд на

него. Он на секунду зависает, что-то анализируя, сжимает челюсти, потом все-таки

продолжает:

— Кристина, родная моя, ты как никто должна меня понять. Мы столько лет с тобой

планировали завести детей, и сейчас единственный человек, от кого я хочу малыша, –

это ты. Поэтому я надеюсь на твою благосклонность и понимание. Когда Сабина

позвонила и сказала, что у меня есть дочь, я был в шоке. Я не поверил сначала… и

пришлось сделать ДНК-тест. Марии тоже пришлось несладко, ведь она фактически все

детство росла без отца. Как выяснилось, у дочери острый лимфобластный лейкоз.

Государство обеспечивает лечение, но палата, трансфер по надобности, питание и

прочие мелочи, которые выливаются в большие траты, оплачиваю я…

К моему стыду, новость о болезни его ребенка от другой женщины не вызывает во мне

глубокого эмоционального отклика. Безусловно, мне безумно жаль, что девочка

столкнулась с такой тяжелой формой болезни в раннем возрасте, когда еще вся жизнь

впереди, и я искренне желаю ей выздоровления. Но каких жертв ждет от меня Андрей?

Чтобы я пожалела его и приласкала, такого несчастного, на своей груди? Не будет

такого. В его жизни есть женщина, которая, возможно, ждала и любила его много лет,

пока он жил со мной. И эту женщину зовут Сабина.

Произношу про себя ее имя, и внутри эхом звучит глухая пустота. Удивительно, как один

человек может поменять, казалось бы, устоявшиеся ориентиры всего за несколько дней.

И тут же в голову закрадывается неловкая, некрасивая мысль… а любила ли я вообще

когда-нибудь Андрея? Он был моим первым и единственным мужчиной. Мысли о сравнении с

другим никогда не рождались у меня. Но была ли эта любовь женщины к мужчине

настоящей или все же формой благодарности за помощь и заботу?

— И, если ты позволишь, я хочу повторить попытку ЭКО… — проникают в меня его слова. –

Пожалуйста, не отказывайся от нас. Я помню, что дата подсадки эмбриона через две

недели, мы уже не успеем, но Владислава Николаевна пойдет нам навстречу и

предоставит возможность выбрать любую другую удобную дату.

— Как ты ловко перешел от болезни дочери к предложению сделать мне ребенка, — хмыкаю,

поражаясь его железной логике.

— Причем здесь Мария? — Андрей вскидывает брови, складывая на столе руки в замок. –

Она почти здорова. Теперь я смогу полностью сконцентрироваться на любимой женщине и

нашем общем ребенке.

Есть ли вообще смысл сейчас с ним разговаривать? Такое ощущение, что передо мной