Книга Другое прошлое, страница 76 – Александра Оксюзова

— Убирайтесь! Убью! Воры! Разбойники!

Одновременно с удивлением в сердце стала просыпаться жалость. И не только я это почувствовала. В глазах Эдварда я увидела отражение своих мыслей. Муж отвернулся к Бертону, взял его за плечи и встряхнул.

— Ричард, успокойся! Это я, Эдвард Сент Мор. Сын твоего лучшего друга. Ричард, опомнись! Я сын Элизы!

Это имя произвело удивительный эффект. Мужчина стих, в его глазах появилось осмысленное выражение. Он уставился на Эдварда, не моргая. А в следующее мгновение зарыдал и потянул свои худые, почти высохшие руки к герцогу. Тот всё понял. Обнял и прижал Бёртона к груди.

Я тоже почти рыдала, слишком трогательным был этот искренний порыв старика.

— Я не убивал её, Эдвард. Я не виноват, я любил Лизи.. Эдвард..

— Тихо, тихо. Я знаю. – Сент Мор продолжал прижимать к себе плачущую фигуру, гладил его по волосам, шепча слова утешения, – Ричард, всё в порядке. Я пришёл не мстить. Я всё знаю про маму. Знаю, что она из будущего.

Ричард замер и отпрянул от Эдварда. Его нижняя губа, заросшая колючими волосами, тихонько дрожала.

— Ты.. Ты знаешь!? Но откуда?? Как??

Эдвард улыбнулся, взял меня за руку и потянул на себя.

— Эта девушка – моя жена. Она тоже из будущего. И у нас к тебе очень много вопросов.

Эта информация добила нервы старика. Он обмяк, охнул и начал падать. Благо, Эдвард вовремя подхватил старика до того, как его голова коснулась бы кованой подставки с лампой.

— О, Боже, Эдвард! Что с ним? Это сердце? Наверно, не нужно было так резко на него всё вываливать.

— Да нет, это просто обморок. Смотри на его руки и шею. Он голодает.

И, действительно, мужчина был очень, очень худ. В некоторых местах его кожа буквально просвечивала, все кости почти что вылезли наружу. Накатила новая волна жалости.

Эдвард аккуратно поднял Бёртона и положил его на покосившуюся кушетку с одной надломленной ножкой. От обивки пахло пылью и плесенью, только сейчас заметила, что этот запах преобладал в доме.

— Это я виноват, – с тревогой вглядываюсь в мрачное лицо Эдварда. От ощущения, что он испытывает душевную боль, и мне становилось плохо. Присаживаюсь рядом и облокачиваюсь ему на плечо.

— Не говори плохо о моём муже.

Пытаюсь шутить, но это не помогает.

— Нет, Эбби. Это мы с отцом его уничтожили. Ричард никогда не был богат. Почти всю жизнь его научные эксперименты спонсировал отец. А когда пропала мама, он забрал все его деньги, имущество, выгнал практически голым на улицу. А я постарался, чтобы никто в обществе не смог ему помочь. Черт, Эбби, мы даже не выслушали его! Просто вышвырнули и забыли!

Я обняла любимого за плеч, стараясь перенять часть его боли.

— Вот видишь, а ты не хотел его искать. Теперь мы узнаем тайну твоей мамы и сможем помочь Ричарду. Не переживай.

Эдвард улыбнулся, закинул руку мне за голову и притянул к себе. Зарылась лицом в его воротник, ощущая знакомое успокоение. Теперь всё будет хорошо. Я уверена.

Эбби

Остаток дня и ночи выдался сумбурным. Пока старик был в обмороке, Эдвард ненадолго исчез и вернулся с едой, лекарствами и кое-какой одеждой.

Пока его не было, я осторожно осмотрела комнату. Она была почти пуста. В одном углу в ровные ряды была расставлена. а кое где свалена в кучу, самая разнообразная мебель. Здесь были и когда-то модные диваны, и тяжёлые серванты, и изящные, легкие кушетки. На одну из них мы и уложили Бёртона.