Книга Герой ожившего романа, страница 6 – Катерина Шевцова

«Решу, когда приеду», – подумал я. И в это время неожиданно прозвенел будильник, означающий, что через 20 минут поезд окажется в Петропавловске. Я закинул в рот два сухарика, запивая их водой(это и было моим завтраком); затем накинул желтую кофту, собрал постельное белье и начал ждать, когда остановится состав.

Через некоторое время я стоял на вокзале родного города. Было достаточно темно – на часах 2:42. Мне оставалось только позвонить матери, чтобы предупредить о своем появлении. Долгие гудки все же прервал сонный голосом матушки.

— Алло? Сережа, что случилось?! – взволнованно воскликнула та.

— Я в городе, мам…

— В каком? Что ты опять натворил? Где ты находишься! Сережа! Ей Богу! Взрослый ведь уже, а все глупостями занимаешься! – казалось ее терпение уже на пределе.

— В Петропавловске. На вокзале. Я заеду? – ответил я, сохраняя спокойствие. И уже ждал нотации родителя о том, что о приезде нужно предупреждать.

— Как в Петропавловске? Почему не предупредил?! Я сейчас пошлю Славу за тобой! – ответила матушка и положила трубку.

Через 25 минут уже подъехал Слава, сосед, который всегда был в нашей семье своим человеком. Он часто помогал нам, несмотря ни на что. Даже сейчас, ночью, он приехал за мной на вокзал.

— Здравствуйте! – произнес я уставшим голосом, посмотрев на знакомого дядю. Он был среднего роста, худощав, на голове его блестела лысина, по бокам покрытая пучками седых волос. Лицо было круглое, зелёные глаза всегда казались уставшими, а густые усы придавали дяде строгости, но, несмотря на это, он был очень добрым человеком.

— Здравствуй! – послышался хриплый сонный бас, – как поживаешь? Чего так неожиданно приехал?

Я начал рассказывать ему о том, что очутился здесь случайно, проездом. Мне совсем не хотелось говорить о своих проблемах, декадансе и стремительному опусканию рук. Поэтому наш разговор быстро прекратился, и весь оставшийся путь до жилища мы ехали молча.

Через 12 минут машина дяди уже подъехала к дому. Передо мной – знакомое пятиэтажное здание. Я попрощался с Владиславом Ивановичем(так как ему понадобилось отлучиться в круглосуточный магазин), затем зашел в подъезд(на удивление, он был открыт), поднялся на второй этаж и постучал по железной двери. Мне открыла матушка. К счастью, она не ругалась за поздний приезд, а наоборот: встретила с радостью, предложила выпить чаю(от него я отказался) и уложила спать в гостиной. Ночь прошла спокойно: мне удалось даже заснуть.

Проснулся я относительно рано, в 8:20. С кухни чувствовался запах жареных блинов и свежей каши. Также был слышен голос матушки и брата: они о чем-то разговаривали. Застелив постель, я хотел направится к ним, но мой взгляд упал на полку, на которой находился черно-белый браслет, на конце которого красовались два неподходящих другу к другу цвета. Я сразу узнал фенечку, поэтому стремительно завязал ее на левой руке, тихо произнеся ту самую фразу: «Это тебе, Огонёк!». После этого, решился пойти в кухню, поздороваться с семьей.

— Доброе утро, – произнес я с улыбкой.

— Сереженька! Наконец-то ты проснулся! – произнес радостно Васька, мой брат. Ему было 13 лет, его нежно-голубые глаза смотрели на меня всегда с восторгом, любовью. Казалось, я был его последней поддержкой на земле, смыслом жизни. Васька – мальчик опрятный, учился в школе на отлично, из-за чего всегда был любимчиком матушки. Щеки его были бледно-красные, русые волосы с рыжим отливом очень подходили к его густым бровям того же цвета. Вася увлекался литературой, этим он пошел в мать и отца; впрочем, в нашей семье все были филологами, кроме меня, за что я часто слышал порицания от матери. И этот раз не был исключением.