Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 76 – Диана Гэблдон

— Змеи в церкви? Серьезно? — усомнился Джейми. — На кой черт кому-то так поступать?

— Евангелие от Марка, глава 16, стих 17, — сказал Роджер. — «Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы». Они делают это — или только будут, — чтобы доказать свою веру. Берут гремучих змей и щитомордников голыми руками. Прямо в церкви.

— Господи Иисусе, — перекрестился Джейми.

Роджер кивнул.

— Вот именно. Думаю, все отсылки к Библии не представляют опасности, — обратился он к Бри, — и все же лучше не упоминать того, что может навести на мысли о более современных вещах.

Когда Роджер цитировал библейский стих, я невольно посмотрела на свои руки, но при этих словах подняла глаза. На лице Джейми было написано недоумение.

Тяжело вздохнув, Бри снова глянула на детей.

— Мы вовсе не стремимся к тому, чтобы они забыли, — тихо сказала она. — Были, есть и будут люди и вещи из… нашего времени… которые им дороги. И мы не знаем, смогут ли они когда-нибудь… рано или поздно… вернуться. Просто следует быть осмотрительнее с воспоминаниями и разговорами о той эпохе. — Она сглотнула. — Вероятно, ничего страшного не случится, если Мэнди расскажет людям, например, о туалетах. Особенно если я один такой построю, — добавила она, коротко улыбнувшись. — Однако есть и другие вещи.

— Да, — негромко сказал Джейми. — Не сомневаюсь.

Он положил ладонь мне на бедро, и я накрыла ее своей. Джейми тоже заметил на лицах Роджера и Брианны выражение, свойственное изгнанникам — тем, кто вынужден скрывать скорбь и мужественно отречься от воспоминаний, которые никуда не денутся, как бы глубоко ни были похоронены. Я видела это выражение в дни перед окончанием Второй мировой, а Джейми — все месяцы и годы после Каллодена.

Повисла долгая пауза. Наконец Джейми прочистил горло.

— Я знаю, почему вы вернулись, — сказал он. — Но каким образом?

Чисто практический вопрос разогнал тоскливую атмосферу. Бри с Роджером переглянулись, потом посмотрели на нас.

— Есть еще вино? — спросил Роджер.

* * *

— Мы не знали, можно ли перемещаться сразу и во времени, и в пространстве, — начала Бри, когда кружки заново наполнили. — Мы понятия не имеем, удавалось ли подобное кому-нибудь, поэтому не отважились на эксперимент.

— Могу себе представить, — сказала я едва слышно.

Я постаралась забыть то ощущение, которое испытываешь, находясь… там, но воспоминания не исчезли полностью. Все равно что, сидя в крохотной лодке посреди бескрайнего моря, видеть, как нечто большое и темное скользит у самой поверхности воды.

— Поэтому решение далось нам легко, — сказал Роджер, хотя, судя по выражению его лица, «легко» было понятием относительным. — Задача состояла в том, чтобы попасть из Шотландии в Америку. Только вот где лучше пройти через камни: возле Инвернесса или на Окракоке?

— При переходе на Окракоке некоторые умерли, — тихо заметила Бри, накрыв ладонь Роджера своей. — Вендиго Доннер тебе ведь рассказывал, мама?

— Да.

Мне сдавило горло при упоминании имени Доннера, да и от названия «Окракок» воспоминания были не из приятных. Судя по тому, как побледнела Бри, она тоже не забыла об этом месте: Стивен Боннет держал ее там в плену.