Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 594 – Диана Гэблдон

Ладно, теперь Уильям мог окончательно вычеркнуть Бана из своего списка: очевидно, Тарлетон непричастен к побегу Амаранты. Что дальше?

Доки, разумеется. Прошлым вечером он начал поиски оттуда, пока желудок не вынудил его изменить планы. Если Амаранта действительно направилась в Филадельфию и не села на корабль в Саванне (Уильям проверил), то следующим крупным портом, по логике, был Чарльстон. А молодой одинокой женщине (Или она не одна? Господи, вдруг она сбежала с кем-то? Да нет же…) куда безопаснее и удобнее путешествовать на корабле, чем подвергать себя риску на дорогах, запруженных солдатами, саперами, бывшими рабами и торговыми повозками.

Погода стояла чудесная, и Уильям с усердием возобновил поиски, начав с канцелярии начальника порта и списка кораблей, отплывших за последнюю неделю в Филадельфию и Нью-Йорк (на всякий случай, вдруг она отправилась к Бену…). Ее имени не оказалось ни в одной из судовых ведомостей. Но ведь, убеждал он себя, это ни о чем не говорит. Если она села на маленькое судно в частном порядке, то не будет нигде числиться.

В конце концов все свелось к первоначальному плану: бродить по докам и расспрашивать встречных. Через час на город опустилась туманная завеса, и прекрасный день слегка потускнел. Решив утолить жажду, Уильям направился к берегу по маленькой пристани, к которой причаливали рыбацкие лодки и небольшие торговые суда. Однако нашел он Дэнниса Рэндолла. Опять.

— Эй! — громко окликнул Уильям и, подойдя сзади, хлопнул Дэнниса по плечу. — Ты что, поселился в доках?

— Могу спросить тебя о том же, — огрызнулся Рэндолл. Только теперь Уильям заметил, что тот не один: он пытался заслонить собой маленького человечка с глубокими складками на лице, делавшими его похожим на рождественского щелкунчика. — Кого ты ищешь на этот раз?

— Молодую женщину, — спокойно ответил Уильям. — Кто твой друг?

Дэннис в кои-то веки утратил обычную насмешливость и самообладание. Уильяму он сейчас больше всего напоминал ужа на сковородке. Метнув быстрый взгляд на своего спутника, чье сходство с рождественским щелкунчиком становилось все более явным, Дэннис вновь повернулся к Уильяму. На шее у него заметно пульсировала жилка.

— Я должен пойти и поговорить кое с кем, — сказал он. — По-быстрому. Это герр Вебер. Присмотри за ним. Я мигом.

С этими словами он поспешно, почти бегом, удалился по направлению к реке.

Уильям в нерешительности застыл, не зная, что предпринять. Он с тревогой подумал, уж не испугался ли Дэннис — вернее, он точно испугался, но чего? — и не бросил ли своего немецкого приятеля. В таком случае что ему делать с этим человеком?

Вебер смотрел на доски причала, слегка нахмурив лоб. Уильям прочистил горло.

— Выпить не хотите? — вежливо спросил он и кивнул в сторону открытой хибары на берегу — судя по паре больших бочек и развалившемуся на земле матросу, в заведении торговали спиртным.

— Ich spreche kein Englisch^[302]. — Мужчина развел руками в вежливом извинении.

— Keine Sorge, — сказал Уильям, отвесив поклон. — Ich spreche Deutsch^[303].

С таким же успехом он мог бы сообщить герру Веберу, что у того загорелись штаны: лицо «щелкунчика» исказила тревога, и он стал дико озираться в поисках Дэнниса, который к тому времени уже скрылся из виду.