Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 411 – Диана Гэблдон

Подходящий хороший мужчина удовлетворенно потянулся и со вздохом откинулся на кровати, наслаждаясь редкими минутами отдыха. Я погладила лежавшую на моем бедре руку и подкатилась поближе, согнав развалившегося в ногах Адсо; с возмущенным «мяу!» кот спрыгнул на пол, недовольный поведением хозяев, которые все никак не могут застыть в неподвижности.

— Саксоночка, чем ты сегодня занималась весь день? — спросил Джейми, поглаживая мое бедро. Он смотрел на меня из-под полуприкрытых век, разомлев от приятного тепла.

— Ох, дай бог памяти… — Казалось, с рассвета прошла целая вечность. Потянувшись, я расслабилась от его нежных прикосновений. — В основном домашними делами. Но утром приходил некий Герман Мортенсон с мельницы Вулэмов — я вскрыла и удалила пилонидальную кисту у него на копчике. Ох и воняло от нее! Примерно как от дохлого кабана, которого Блубелл однажды притащила в дом. Зато потом… — добавила я в попытке сгладить впечатление. Наверное, не стоило начинать наше рандеву в этот приятный осенний вечер на такой ноте. — Я провела полдня в саду: выдергивала кусты арахиса и собирала последние бобы. Ну и, конечно, говорила с пчелами.

— Что же они тебе рассказали, саксоночка?

Поглаживания превратились в приятный массаж ягодиц с весьма благотворным побочным эффектом: выгнув спину, я слегка прижалась к мужу грудью. Затем свободной рукой ослабила завязки сорочки, вынула одну грудь и потерлась соском о его сосок. Джейми сжал мой зад и пробормотал что-то на гэльском.

— Ммм… а как прошел твой день? — спросила я, прервавшись.

— Если ты еще раз так сделаешь, саксоночка, за последствия я не ручаюсь, — сказал он, почесывая свой сосок, будто его только что укусил гигантский комар. — Насчет того, чем я занимался, — ставил новые ворота в загоне для опороса. Я про свиней^[231].

— Про свиней… — медленно повторила я. — Гм… а в свинарник ты, случайно, не заходил?

Под свинарник мы приспособили небольшую пещеру на склоне известнякового утеса над домом.

— Нет. А что? — Его рука спустилась чуть ниже, обхватывая мою левую ягодицу.

— Совсем забыла рассказать — ты тогда на целую неделю уехал в Теннесси, чтобы встретиться с мистером Севьером и полковником Шелби. Так вот, я ходила туда неделю назад — захватить кувшин со скипидаром, который оставила там, когда гоняла глистов у свиней. И вдруг… Помнишь — пещера немного изгибается влево?

Он кивнул, не отрывая взгляда от моего рта, словно читая по губам.

— Так вот, я завернула за угол, а там — они.

— Кто?

— Белая Свинья собственной персоной и, полагаю, две ее дочери или внучки. Те, хоть оказались и не белыми, явно состояли с ней в родственных отношениях, судя по одинаковому — гигантскому! — размеру всех троих.

Обычно дикие кабаны имеют высоту в холке около трех футов и весят не более двух-трех сотен фунтов. Белая Свинья принадлежала к породе домашних мясных свиней, однако была намного старше своих собратьев и отличалась от них ненасытностью и буйным нравом. Что касается веса, я бы с ходу сказала, что в ней не меньше шести сотен фунтов, — но Джейми, конечно, сумел бы определить точнее. Ее отпрыски были не менее впечатляющих габаритов.

Я тогда застыла на месте от ужаса; моя кожа и сейчас моментально покрылась мурашками при воспоминании о пугающе осмысленном взгляде маленьких красных глазок, взиравших на меня с огромной бледной туши в тенистой глубине пещеры.