Книга Дыхание снега и пепла, страница 91 – Диана Гэблдон

Я уже знала, что лишь немногие из них говорят по-английски. Я спросила на ломаном гэльском, нужно ли им что-нибудь. Они уставились на меня, будто у меня было две головы, и через мгновение один мужчина, сморщенное создание с тонкими губами, едва заметно качнул головой.

— Они вернулись к молитве, предоставив мне красться обратно в постель.

— Ты спустилась в одной сорочке?

— Ну… Да. Я не предполагала, что кто-то будет бодрствовать в такой час.

— Хм. — Он коснулся пальцами моей груди, и я сразу догадалась, о чем он думает. Моя летняя ночнушка представляла собой тонкую, выношенную льняную рубашку. И да… наверное, черт побери, через нее можно было кое-что разглядеть при свете, но кухня освещалась только красноватым свечением от затухающих углей в очаге.

— И надо полагать, на тебе не было причитающегося ночного чепца, саксоночка? — спросил Джейми, задумчиво пропуская мои волосы сквозь пальцы. Я распустила их, перед тем как мы оказались в постели, и они радостно змеились во все стороны а‑ля Медуза.

— Конечно, нет. Но я их заплела, — попыталась я оправдаться. — Вполне прилично!

— О, вполне, — согласился Джейми, улыбнувшись, и запустил пальцы глубже в буйные кудри, чтобы приподнять мою голову и поцеловать. Его губы потрескались от солнца и ветра, но оставались мягкими. Он не брился с того самого дня, как мы расстались, и у него отросла короткая кудрявая борода, приятная на ощупь.

— Ну что ж. Теперь, я полагаю, они уже освоились? Новые поселенцы? — Он коснулся губами моей щеки и нежно прикусил мочку уха. Я резко вдохнула.

— Ах. Хмм. Да. Арч Баг забрал их утром и разместил по всему Риджу с другими семьями, они уже начали… — На секунду я потеряла нить собственных рассуждений, и мои пальцы рефлекторно сжались на его груди.

— Ты, конечно, сказала Мурдо, что я с ним все улажу насчет ячменя?

— Да, конечно. — Я быстро вернула себе контроль, вспомнив о Мурдо, и засмеялась. — Он просто таращился на меня, а потом растерянно кивнул и сказал: «О, конечно, как будет угодно Самому». Я не уверена, что он вообще тогда понимал, зачем я подожгла поле. Возможно, он подумал, что мне внезапно пришла в голову блажь спалить его ячмень.

Джейми тоже засмеялся, продолжая покусывать мою мочку. Я почувствовала, что снова теряю фокус.

— Ммм, — сказала я прерывающимся голосом, ощущая, как рыжая борода щекочет мне шею, и чувствуя теплую твердую плоть у себя под рукой. — Индейцы. Как все прошло с чероки?

— Хорошо.

Неожиданно он задвигался и оказался надо мой. Он был очень большим и теплым и пах желанием — страстным, животным. Тени от листьев бежали по его лицу и плечам, покрывали кровать и белую кожу моих широко раскинутых бедер.

— Как ты мне нравишься, саксоночка, — зашептал он мне на ухо. — Так и представляю тебя там, полуголую, в твоей рубашке, с волосами, рассыпавшимися по груди… Я люблю тебя, я бого…

— Что там было насчет ужина и отдыха?

Его руки проложили себя путь под моей спиной и накрыли ягодицы. Он крепко их сжал, и я почувствовала его жаркое дыхание у себя на шее.

— Мне нужно…

— Но…

— Сейчас, саксоночка.

Он резко сел на колени передо мной. На губах у него играла легкая улыбка, но голубые глаза смотрели настойчиво, повелительно. Одной рукой он сжал свои отяжелевшие яички, одновременно неторопливо и с удовольствием двигая большим пальцем по стоящему члену.