Книга Дыхание снега и пепла, страница 740 – Диана Гэблдон

Он имел в виду амулет Клэр — кожаный мешочек, который много лет назад подарила ей старая индейская знахарка. Он был расшит какой-то ерундой — травами, думал Джейми, перьями, может, даже косточками летучей мыши. А внутри хранился настоящий неограненный сапфир.

Аманда повернула головку. Мешочек заинтересовал ее больше, чем кольцо. Агукая, она потянулась к нему ручонками.

Брианна вздохнула.

— Может быть. — В ее голосе слышалось больше страха, чем надежды. — Наверняка мы не знаем. Что, если я пройду, а она нет?

Все замолчали, воображая себе невыносимую, жуткую ситуацию.

— Тогда ты вернешься, — сказал Роджер и положил руку ей на плечо. — Сразу вернешься назад.

— Хорошо, я постараюсь. — Брианна выдавила из себя улыбку.

— Джемми здесь? — спросил дедушка.

Конечно, малыш крутился неподалеку. Он не отходил от матери все эти дни, как будто чувствовал — что-то стряслось. Ребенка обнаружили в кабинете у Джейми. Он внимательно изучал…

— Иисус Христос! — воскликнула Клэр и отняла книгу. — Джейми, куда ты смотрел?

Тот покраснел как рак. И правда, куда? Истрепанный экземпляр «Мемуаров женщины для утех» Клеланда попался ему среди стопки книг, купленных у старьевщика. Тогда Джейми взял их все скопом, особо не рассматривая, а потом… Что ж, у него рука не поднялась выкинуть книгу.

— Папа, что такое фал-лус? — звонко спросил Джемми.

— Так мужской орган называют, — коротко ответил Роджер. — Не говори больше это слово. Стой… А ты слышишь звук этого камня? — Он указал на кольцо Джейми, которое лежало на столе.

Малыш просиял.

— Конечно!

— Слышишь? — недоверчиво переспросила Брианна.

Джейми обежал кругом родителей и бабушки с дедом.

— Конечно! Он же поет!

— Думаешь, Мэнди тоже слышит? — спросил Джейми. Сердце у него забилось быстрее.

Джемми схватил кольцо и поднес к колыбельке Аманды. Она засучила ногами и загулила. Только неясно, кольцо так подействовало или она обрадовалась брату.

— Слышит, — улыбнулся Джем.

— Откуда ты знаешь? — спросила Клэр.

Мальчик удивленно посмотрел на нее.

— Она сама сказала.

* * *

Мы так ничего и не решили. И вместе с тем решили все. Уши и пальцы меня не обманывали. Аманде становилось хуже. Серьезные последствия нагрянут, может быть, через год или через два, но они неизбежны.

Сколько было споров, разговоров, сколько слез. Брианне с Амандой предстояло пройти через камни. Должен ли Роджер отправиться с ними? А Джемми?

— Я не пущу тебя одну, — настаивал Роджер, стиснув зубы.

— Я и не хочу идти туда одна, без тебя! Но на кого мы оставим Джемми? Брать его с собой я боюсь. Судя по легендам, младенца пронести еще можно. А мальчика? Что, если камень его убьет?

Я посмотрела на камни, лежавшие на столе — в кольце Джейми и на моем мешочке.

— Нужно найти еще два камня, — сказала я. — На всякий случай.

В конце июня мы спустились с гор.

4 июля 1776 года

В таверне стояла духота, но я не могла выйти: малышка наконец угомонилась и заснула, свернувшись клубочком и сосредоточенно посасывая палец.

Я развернула москитную сетку и аккуратно расправила над корзинкой, затем открыла окно. Снаружи было жарко, зато дул ветерок. Я сняла чепец — без него Мэнди повадилась запускать обе ручонки мне в волосы и дергать; для ребенка с пороком сердца девочка обладала удивительной силой. В миллионный раз я усомнилась в диагнозе.