Книга Дыхание снега и пепла, страница 406 – Диана Гэблдон

Брианна решительно замотала головой, от воспоминаний ее пробрал озноб.

— Боже, нет. Это ужасно и очень опасно, даже с драгоценным камнем.

— Драгоценным камнем? — Он зацепился за это. — Нужен камень, чтобы получилось?

— Необязательно, но, похоже, что он дает некоторую защиту. Еще, видимо, их можно использовать, чтобы вроде как управлять… процессом, но мы не знаем наверняка. — Она замялась, разрываясь между любопытством и необходимостью позвать Клэр. — Йен, можешь привести маму? Думаю, она в огороде с Федрой.

Ее кузен бросил на гостя пронизывающий подозрительный взгляд и покачал головой.

— Я не оставлю тебя одну с этим парнем. Ты иди, а я за ним послежу.

Она бы поспорила, но опыт общения с шотландскими мужчинами научил ее распознавать непреодолимое упрямство, когда она имела с ними дело. Кроме того, Доннер смотрел на нее таким взглядом, который заставлял ее ощущать легкий дискомфорт, — она поняла, что он смотрел на ее руку, на неограненный рубин в ее кольце. Она была в целом уверена, что сможет дать ему отпор в случае чего, и все же…

— Я мигом вернусь, — сказала она, торопливо засовывая забытую кисть в чашку со скипидаром. — Никуда не уходи.

* * *

Я была шокирована, но меньше, чем можно было ожидать. Я чувствовала, что Доннер выжил. Надеялась на это, несмотря ни на что. Тем не менее эта встреча в утренней комнате Иокасты заставила меня онеметь. Он говорил, когда я вошла, но остановился, увидев меня. Он не поднялся — что было естественно, — но и не выказал никаких эмоций по поводу того, что я по-прежнему жива; просто кивнул и продолжил прерванный монолог.

— Остановить белых. Спасти наши земли, спасти наших людей.

— Но ты выбрал неподходящее время, — сказала Брианна. — Слишком поздно.

Доннер бросил на нее угрюмый взгляд.

— Я все выбрал верно. Я должен был прийти в 1766‑м и пришел. — Он зло ударил себя по голове основанием ладони. — Черт, и что со мной было не так?

— Врожденный идиотизм? — вежливо предположила я, снова обретая способность говорить. — Либо это, либо галлюциногены.

Пустой угрюмый взгляд немного ожил, и он дернул углом рта.

— О да, подруга. Такое было.

— Но если ты пришел в 1766‑м, как собирался, — запротестовала Бри, — как насчет Роберта Спрингера, Зуба Выдры? Если верить истории, которую мама слышала о нем, он должен был предупредить коренные племена о белых и предотвратить колонизацию. Только он пришел слишком поздно; это притом, что он явился за сорок или пятьдесят лет до тебя.

— План был другим! — взорвался Доннер. Он поднялся, запустив обе руки в пышную копну, и возбужденно ерошил волосы, превращая свою шевелюру в ежевичный куст. — Боже, нет!

— Значит, другим? Каким тогда, черт побери, был ваш план? — вопросила я. — У вас ведь он был.

— Да, был! — Он уронил руки, оглядываясь вокруг, как будто в страхе быть услышанным, и облизнул губы.

— Боб хотел сделать, что ты говоришь, только другие сказали, что это не сработает. Слишком много разных групп, большой соблазн торговать с белыми… Просто нет шанса, что это сработает, понимаешь? Мы не могли совсем остановить происходящее, но могли сделать историю лучше.

Официальный план группы был не особенно масштабным. Путешественники должны были прибыть в 1760‑е и в течение последующих десяти лет среди хаоса и замешательства — после окончания войны между французами и индейцами племена начали кочевать с места на место, образуя новые поселения, — внедриться в индейские группы вдоль линии соглашения и выше, на канадской территории.