Книга Дыхание снега и пепла, страница 227 – Диана Гэблдон

— Хорошо.

— О! — воскликнула я, вдруг осознавая, что он, должно быть, подумал, что я созрела для того, чтобы поведать ему детали своего малоприятного путешествия. — Нет, я не об этом. Не совсем. — Я сжала его руку и держала ее, пока рассказывала о Доннере.

— Еще один, — сказал он. Голос его звучал несколько оторопело. — Еще один?

— Еще один, — подтвердила я. — Дело в том, что… Я, эм, не помню, чтобы видела его… среди мертвых.

Жуткая атмосфера того утра вдруг вернулась ко мне. У меня остались очень четкие, яркие воспоминания, но они были разрозненными, фрагментарными и не соединялись в целую картину. Ухо. Я помнила ухо, крупное, чашеобразное, похожее на древесный гриб. Оно было окрашено в самые невероятные оттенки коричневого, лилового и индиго, в глубине, в складках, цвета были темнее, а по краю оно казалось почти прозрачным в солнечном свете, пробивающемся сквозь заросли болиголова.

Я помнила это ухо так детально, что мысленно уже почти коснулась его, однако не знала, кому оно принадлежало. Были волосы рядом русыми, черными, рыжими, прямыми или кудрявыми, седыми? А лицо… Я не знала. Если я и посмотрела на него, я не видела.

Джейми бросил на меня резкий взгляд.

— И ты думаешь, что он может быть жив?

— Может, и жив. — Я сглотнула несуществующий вкус пыли, хвои, крови и вдохнула успокаивающий свежий запах пихты. — Видишь ли, я предупредила его. Сказала, что ты идешь и что ему не поздоровится, если ты найдешь его рядом. Когда вы напали на лагерь, он мог сбежать. Он произвел на меня впечатление труса. Но я не могу сказать наверняка.

Он кивнул и тяжело вздохнул.

— Ты можешь… вспомнить? — спросила я неуверенно. — Когда ты показывал мне мертвых, ты на них смотрел?

— Нет, — мягко ответил он, — я не смотрел ни на кого, кроме тебя.

Его глаза остановились на наших сплетенных руках. Потом он поднял их и тревожно посмотрел мне в лицо, ища там что-то. Я подняла его ладонь и потерлась щекой о ее тыльную сторону, на мгновение зажмурив глаза.

— Со мной все будет нормально. Дело в том… — начала я и остановилась.

— Да?

— Если он сбежал, то куда, как думаешь, он мог пойти?

Он тоже закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— В Браунсвиль, — покорно ответил он. — И если это так, то Ричард Браун уже знает, что стало с Ходжепилом и его людьми, и, скорее всего, считает своего брата мертвым.

— О, — я сглотнула и сменила тему: — Почему ты сказал Йену, что мне нельзя видеть мистера Брауна?

— Я этого не говорил. Но я действительно думаю, что тебе его лучше не видеть, это правда.

— Потому что?

— Потому что ты принесла клятву, — сказал он, немного удивленный тем, что я не разгадала его намерение. — Разве ты можешь смотреть, как страдает раненый, и не помочь ему?

Мазь была готова. Я размотала палец, который больше не кровоточил, и положила как можно больше смеси под поврежденный ноготь.

— Наверное, нет, — сказала я, сосредоточив взгляд на работе. — Но почему…

— Что, если ты начнешь его лечить, заботиться о нем, а потом я решу его убить? — Он пристально посмотрел на меня. — Каково это будет для тебя?

— Ну, это будет немного неловко, — ответила я, вдыхая поглубже, чтобы успокоиться. Я обернула палец тонкой полоской ткани и затянула потуже. — И все же…

— Ты хочешь лечить его? Почему? — В его голосе звучало любопытство, не злость. — Твоя клятва так сильна?