Книга Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь, страница 89 – Диана Гэблдон

Я дотронулась до его щеки, на которой отливала янтарем отросшая борода. – Почему ты не сказал мне раньше?

Он сразу понял, о чем я. Улыбнулся, подняв одну бровь; половину его лица освещало солнце, а другая оставалась в тени.

— Я ведь знал, что ты не хочешь за меня выходить. Я вовсе не собирался заставлять тебя и тем более выставлять себя дураком, сообщая тебе об этом в то время, – ясно же было, что ты станешь спать со мной только по обету, данному против воли.

Он вновь улыбнулся – в темноте блеснули белые зубы – и быстро проговорил, не дав мне возразить:

— По крайней мере, в первый раз. У меня тоже имеется гордость, женщина.

Я потянулась к нему и притянула к себе близко-близко, закутав полами плаща. Он сильно меня обнял.

— О любовь моя, – прошептал он. – Любовь моя! Как я тебя желаю.

— Но ведь это не одно и то же, – заметила я. – Я имею в виду любить и желать.

Джейми хрипловато рассмеялся.

— Ужасно близко, англичаночка, по крайней мере для меня.

Я чувствовала его твердую и упорную силу. Внезапно он сделал шаг назад и, протянув руки, снял меня с изгороди.

— Куда мы идем? – спросила я.

Мы двигались не к дому, а к строениям под вязами.

— Поищем сеновал.

Со временем я заняла собственное место в неумолчном механизме жизни имения. Дженни уже было не под силу устраивать далекие походы к домам арендаторов, и я вызвалась посещать их самостоятельно; время от времени меня сопровождал молодой конюх, иногда моими спутниками становились Джейми или Айен. Я приносила пищу и медикаменты, как могла врачевала страждущих и давала полезные советы профилактического или гигиенического толка, воспринимавшиеся с различной степенью благодарности.

В усадьбе я или занималась домашним хозяйством, или работала в саду, разбитом за домом, – в общем, пыталась по мере возможностей быть полезной. Помимо небольшого красивого цветника, там имелись грядки с лекарственными травами и посадки репы, капусты и тыквы.

Джейми, казалось, был везде: наверстывая упущенное, в кабинете вел счетные книги, вместе с арендаторами работал в поле, вместе с Айеном – на конюшне. Мне представлялось, что им двигали не только чувство долга и интерес к делам имения: через некоторое время мы собирались уехать, и Джейми желал устроить хозяйство так, чтобы все шло своим чередом вплоть до его, точнее нашего, возвращения.

Я знала, что нам придется уехать, однако в мирном Лаллиброхе, среди мирных людей, в дружеском окружении Дженни, Айена и маленького Джейми мне было так хорошо, как будто я наконец-то оказалась дома.

Как-то раз, поднявшись из-за стола после завтрака, Джейми сообщил, что собирается к дальнему краю долины поглядеть на лошадь, которую продает Мартин Мак. Дженни, нахмурив брови, обернулась к нему от буфета.

— Джейми, ты думаешь, это достаточно безопасно? Около месяца тому назад по всей округе шатались патрули англичан.

Пожав плечами, он взял со спинки стула свой камзол.

— Я буду осмотрителен.

— Слушай, Джейми, – спросил Айен, зашедший в комнату с охапкой поленьев для камина. – Не мог бы нынче заглянуть на мельницу? Вчера там был Джок, сказал, что-то случилось с колесом. Я посмотрел: но нам с Джоком не справиться, по-моему, в колесо попала какая-то дрянь, причем под водой.