Книга Чужестранка, страница 326 – Диана Гэблдон

— Ты сильно его любил? – тихо спросила я.

Джейми кивнул, задумчиво глядя на огонь в камине.

— Да, – чуть улыбнувшись, ответил он. – Уилли был на пять лет старше, и я глядел на него как на Бога, ну в крайнем случае на Христа. Ходил за ним хвостиком везде, то есть везде, куда он меня брал.

И отошел к книжным полкам. Я осталась у окна, чтобы позволить Джейми побыть одному.

С этой стороны дома из окна сквозь дождь виднелись лишь туманные очертания дальнего скалистого холма, покрытого на вершине травой. Этот холм был похож на другой холм, волшебный, где я прошла через камень и вылезла из кроличьей норы. Полгода назад всего-навсего, а такое впечатление, что невероятно давно.

Ко мне подошел Джейми и застыл у окна рядом. Посмотрел куда-то вдаль на дождь и неожиданно сказал:

— Но все-таки имелся еще один повод. Самый главный.

— Повод? – глупо повторила я.

— По которому я на тебе женился.

— И что же это за повод?

Я понятия не имела, что он скажет. Возможно, я услышу очередную семейную тайну. Но слова Джейми меня поразили наповал.

Он повернулся лицом ко мне и тихо сказал:

— Я хотел тебя больше, чем что бы то ни было в жизни, – добавил он.

Я, оторопев, уставилась на него. Такого я совершенно не ожидала. Джейми негромко проговорил:

— Когда я спросил отца, как я узнаю ту самую женщину, он отвечал, что когда настанет час, я не буду в этом сомневаться. Я и не сомневался. Когда ночью по пути в Леох я очнулся под деревом, когда ты сидела у меня на груди и бранила меня за то, что я истекаю кровью, я сказал себе: «Джейми Фрэзер, тебе еще неведом облик этой женщины, хотя и знаешь, что весит она не меньше коня, но она и есть та самая».

Я подалась к нему, но он сделал от меня шаг назад и зачастил:

— Я сказал себе: «Два раза в течение нескольких часов она тебя исцелила, а жизнь среди Маккензи такова, что жениться на женщине, умеющей остановить кровь из раны и вправить сломанные кости, очень неплохо». А еще я сказал себе: «Эй, парень, если тебе так нравится, как она касается твоей ключицы, представь себе, как тебе понравится, если она коснется кое-чего пониже».

Он увернулся от меня и спрятался за кресло.

— Ясное дело, я предположил, что это может быть следствием четырех месяцев, проведенных в монастыре без вдохновляющего общества дам, но дальнейшая совместная ночная поездка… – Он драматически вздохнул и легко вытащил свой рукав из моих пальцев. – И этот великолепный зад, сжатый моими бедрами… – Он увернулся от удара по левому уху и выставил перед собой как щит низкий столик. – И тяжелая, словно камень, голова на моей груди… – В его голову полетело небольшое серебряное украшение и звякнуло об пол. – Я сказал себе…

Он так веселился, что речь его время от времени останавливали приступы хохота, от которых прерывалось дыхание.

— Джейми… сказал я себе… это же англичанка… язык у нее острый как у змеи… зад неплох… а вдруг у нее вместо лица овечья морда?

Я с ужасным шумом сумела свалить его на пол и встала коленями ему на живот.

— То есть желаешь сказать, что женился на мне по любви?

С трудом дыша, он поднял брови.

— Разве я… только что… это не сказал?

Схватив одной рукой меня за плечи, другую он сунул под юбку и пару раз чувствительно ущипнул за только что воспевавшуюся им часть тела.