Книга Чужестранка, страница 196 – Диана Гэблдон

Джейми опустился возле меня на колени и помог выбраться из-под мертвого тела. Нас обоих трясло, мы молча прижались друг к другу и стояли так несколько минут. Потом так же молча он поднял меня на руки и отнес подальше от мертвецов, на покрытую травой полянку за осинами.

Опустив меня на землю, он не то чтобы сел, а повалился на траву рядом, словно ноги его не держали. Я чувствовала себя в какой-то холодной пустоте, словно зимний ветер продувал меня до костей, – и потянулась к Джейми. Он поднял голову с колен, лицо казалось измученным, и взглянул на меня так, будто увидел впервые в жизни. Когда я положила руки ему на плечи, он крепко прижал меня к груди с невнятным звуком – то ли стон, то ли всхлип.

Потом мы отдались друг другу с неистовством, не издав ни звука, подчинившись импульсу, который я не могла понять, но оба знали одно: мы должны были ему подчиниться – иначе навсегда потеряем друг друга. То был не акт любви, а необходимость, в одиночестве мы бы не выстояли. Единственный путь – слияние, только оно могло изгнать воспоминание о недавнем насилии и о смерти.

Потом мы лежали на траве, прижавшись друг к другу, истерзанные, в пятнах крови, дрожа на солнце. Джейми пробормотал что-то, но так тихо, что я уловила лишь слово «прости».

— Это не твоя вина, – отозвалась я, погладив его по голове. – Теперь все в порядке, мы оба в порядке.

Я была как в тумане, все вокруг казалось сном, и я смутно узнала симптомы шокового состояния.

— Не в этом дело, – заговорил Джейми. – Не в этом. Я был виноват… так глупо было прийти сюда, не проверив все вокруг как следует. И допустить, чтобы ты… Но я не об этом. Я извиняюсь за то, что сейчас взял тебя вот так, использовал… Взять тебя сразу после того, что произошло… словно животное… Клэр, прости… Я не знаю… Я не мог противиться, но… Господи, ты такая холодная, mo duinne, у тебя ледяные руки. Позволь мне согреть тебя.

«Тоже шок», – подумала я смутно. Странно, что у некоторых людей он сопровождается сумбурной речью; большинство просто молча дрожат. Вроде меня. Я прижала его губы к своему плечу, чтобы успокоить.

— Все в порядке, – повторяла я снова и снова. – Все уже прошло.

Внезапно на нас упала чья-то тень – мы оба подскочили. Дугал, сложив руки на груди, стоял и смотрел на нас сверху вниз. Он вежливо отвернулся, пока я справлялась со своими застежками, хмурясь на Джейми.

— Послушай, парень, – заговорил он наконец. – Прекрасно, что ты так увлечен своей женой, но нам пришлось ждать больше часа, а теперь вы даже не слышали, как я подошел. Такое поведение когда-нибудь доведет тебя до беды. Что, если кто-нибудь подойдет сзади и приставит пистолет к твоей голове…

Он прервал свою тираду и с недоумением уставился на меня, потому что я в истерике начала кататься по траве. Джейми, красный как рак, отвел Дугала в сторону, что-то тихо объясняя по пути. Я продолжала бесконтрольно рыдать и хохотать и заткнула рот платком, чтобы заглушить звуки. Внезапно нахлынувшие эмоции в сочетании со словами Дугала вызвали в воображении лицо Джейми, когда нас застукали, и почему-то сейчас, в моем неуправляемом состоянии, оно показалось мне невозможно смешным. Я хохотала и плакала, пока у меня не заболели бока. Наконец я села и вытерла платком глаза. Джейми и Дугал стояли надо мной, и лица у обоих выражали неодобрение. Джейми помог мне встать и повел – я все еще всхлипывала время от времени – туда, где остальные ждали нас с лошадьми.