Книга Чужестранка, страница 143 – Диана Гэблдон

Он хлопнул рукой по споррану, отозвавшемуся характерным звоном, и я догадалась, что за разрешение он имеет в виду.

Сквозь влажный туман над кустами вереска проступили очертания церкви. Не веря своим глазам, я смотрела на наклонившуюся вперед крышу и необычные маленькие окошки с множеством мелких стекол, которые я видела в последний раз ясным солнечным утром в день моего венчания с Фрэнком.

— Нет! – закричала я. – Только не здесь! Я не могу!

— Шшш, тихо. Не волнуйтесь, барышня, не волнуйтесь. Все будет в порядке.

Дугал положил мне на плечо свою огромную лапу, продолжая бессвязно шептать нечто утешительное, словно я была норовистой лошадью.

— Вполне естественно, что она немного нервничает, – объяснил он всем и твердой рукой направил меня на тропинку, подтолкнув пониже спины.

Туфли с чавкающим звуком утонули в толстом слое влажной опавшей листвы.

Джейми и Дугал шли совсем рядом, отрезая пути к бегству. Их укутанные пледами смутные фигуры нервировали меня, я чувствовала, что близка к истерике. Примерно двести лет «тому вперед» я венчалась в этой церкви, которую выбрала из-за очарования старины. Сейчас эта церковь была совсем новенькая, и очарование старины не касалось ее стен. А я собиралась вступить в брак с двадцатитрехлетним шотландским католиком, за голову которого назначена награда…

Я повернулась к Джейми, не в силах противостоять панике:

— Я не могу выйти за вас! Я даже не знаю вашего полного имени!

Он поглядел на меня сверху вниз и приподнял рыжую бровь.

— О, моя фамилия Фрэзер. Джеймс Александер Малкольм Маккензи Фрэзер, – произнес он медленно, проговаривая каждое слово.

В каком-то исступлении я совершенно по-идиотски протянула ему руку и произнесла:

— Клэр Элизабет Бошан.

Джейми понял мой жест как просьбу о поддержке и крепко прижал мой локоть к боку. Плененная столь надежным способом, я зашлепала вверх по тропинке на свою свадьбу.

Руперт и Мурта ожидали нас в церкви, держа под стражей худого и длинного молодого священника с красным носом – страшно испуганного, что в нынешних обстоятельствах было вполне объяснимо. Руперт лениво обстругивал ивовый прутик большим ножом; свои отделанные роговыми пластинками пистолеты он оставил при входе в церковь, они лежали рядом с крестильной купелью.

Остальные мужчины тоже разоружились, как и подобает в Господнем доме, уложив все оружие в одну большую ощетинившуюся кучу на задней скамье. Только Джейми оставил при себе кинжал и меч – очевидно, жениху так полагалось по местным традициям.

Мы преклонили колени перед деревянным алтарем, Мурта и Дугал заняли места свидетелей, и церемония началась.

За два столетия форма католического венчального обряда не изменилась, и слова, связывавшие меня с молодым чужеземцем, который стоял на коленях рядом со мной, были теми же, что связали меня с Фрэнком. Внутри я чувствовала только холодную пустоту. Речь, которую, запинаясь, произносил молодой священник, эхом отдавалась в пустой раковине моего живота.

Я машинально поднялась на ноги, когда пришло время давать обет, и застыла – меня словно обухом огрели по голове; пальцы, совершенно ледяные, утонули в сильной руке жениха. Его пальцы были такими же холодными, как мои, и я впервые за весь день подумала, что, невзирая на внешнюю сдержанность, он нервничает не меньше моего.