Книга Барабаны осени, страница 298 – Диана Гэблдон

Гараж, похоже, заколдовали — коробок почему-то становилось все больше, они плодились с невероятной скоростью; каждый раз, когда он открывал дверь, их все прибывало. Скорее всего, его вынесут вперед ногами прежде, чем он закончит разбирать отцовские вещи, подумал Роджер. И все же нудная работа отвлекала его от тягостных мыслей, не позволяла раскиснуть. Он даже иногда спал ночами.

— У тебя на столе фотография… — Фиона не смотрела на него, уставившись на тарелки, которые мыла.

— Их там много. — Роджер осторожно отхлебнул чай: крепкий, свежий и необжигающий. — Подарить тебе какую-нибудь? Там есть снимки твоей бабушки, можешь взять, только оставь мне один.

Фиона удивилась.

— Бабушка? Спасибо, папе будет приятно на них взглянуть. Но я имела в виду большую.

— Большую? — Роджер напряженно шевелил мозгами, пытаясь понять, что она имеет в виду. Большинство черно-белых фотографий были маленькими, снятыми на старый фотоаппарат фирмы «Брауни», который принадлежал его преподобию, но имелось и несколько снимков большего формата, снятых в студии, — на одном были запечатлены его родители, на другом бабушка его преподобия, облаченная в бомбазин и похожая в нем на птеродактиля: снимок сделали по случаю столетия пожилой леди. Вряд ли Фиона имела в виду именно ее.

— С той женщиной, что сначала убила мужа, а потом уехала.

— С той, что… А! — Роджер сделал еще глоток чая. — Ты имеешь в виду Джиллиан Эдгарс?

— С той, — упрямо повторила Фиона. — Зачем тебе ее фото?

Роджер отставил чашку, взял утреннюю газету и ответил, стараясь, чтобы голос звучал спокойно:

— Кто-то дал.

— Кто?

Сестра всегда была настойчива, но редко действовала напрямик. Что ее так взволновало?

— Миссис Рэндалл, супруга доктора Рэндалла. А что?

Фиона не ответила, только поджала губы.

Тем временем Роджер потерял к газете всякий интерес и отложил ее в сторону.

— Ты знала Джиллиан Эдгарс?

Фиона попыталась увильнуть от ответа.

— Джойси сказала, ты поднимался на Крейг-на-Дун. Ее Альберт видел тебя в четверг, когда проезжал мимо.

— Да, поднимался. А что, это запрещено?

— Плохое место. Как все каменные круги. И не надо говорить, что ты полез туда, чтобы полюбоваться видом.

— Я и не говорю.

Роджер откинулся на спинку стула, наблюдая за сестрой. Ее темные кудрявые волосы были взъерошены, она все время трепала их, когда нервничала, а сейчас она, несомненно, нервничала.

— Ты ее знаешь. Точно, Клэр говорила.

Искра любопытства, которая вспыхнула, когда он упомянул о Джиллиан Эдгарс, разгорелась.

— Как я могу ее знать, если она мертва. — Фиона схватила из подставки пустую яичную скорлупу, внимательно разглядывая трещинки. — Разве не так?

Роджер подошел к ней и накрыл рукой ее ладонь.

— А разве так?

— Говорят, что мертва. Полиция не нашла ни единого следа. — В ее устах слово прозвучало как «полисия» из-за мягкого шотландского акцента.

— Может, они не там искали?

Вся краска тут же схлынула с круглого румяного лица сестры. Роджер сжал ей руку сильнее, потому что Фиона попыталась освободиться. Господи, она что-то знала.

— Расскажи мне, Фиона, — попросил Роджер, — пожалуйста, расскажи. Что ты знаешь о Джиллиан Эдгарс и о камнях?

Фиона освободила руку, но не ушла, осталась стоять, крутя яичную скорлупу вверх и вниз, словно переворачивала песочные часы. Роджер поднялся со стула, и она, всполошившись, отпрянула.