Книга Барабаны осени, страница 149 – Диана Гэблдон

— А разве земли могавков не далеко на севере? Как они могут защищать своих здесь, когда кругом полным-полно враждебных племен?

Майерс сделал глоток и с довольным видом подержал виски во рту.

— Хм-м. Отличный напиток, друг Джеймс. О, могавки живут очень неблизко, да. Но с ирокезами считаются все, а из шести их народов могавки — самые свирепые. Никто — ни краснокожий, ни белый — просто так с ними связываться не станет.

Я слушала как зачарованная. И очень обрадовалась, что могавки от нас далеко-далеко.

— Зачем тогда им брать под свое крыло тускарора? — Джейми удивленно вскинул бровь. — Зачем им союзники, если они такие свирепые?

Майерс мечтательно прикрыл карие глаза — сказывался хороший виски.

— Свирепые, ага… но смертные. Индейцы жестокие и кровавые, но никто не сравнится с могавками. Они люди чести, имейте в виду, — Майерс назидательно поднял толстый палец, — вот только причины для убийства у них свои. Друг на друга нападают, понимаете, или мстят. Ничто не остановит могавка, решившего отомстить, разве что смерть. И тогда на его место все равно придет брат, сын или племянник. — Он задумчиво облизнул губы, наслаждаясь вкусом виски. — Иногда индейцы могут убить из-за сущего пустяка. Особенно когда дело касается спиртного.

— Похоже на шотландцев, — буркнула я, обращаясь к Джейми, и получила в ответ ледяной взгляд.

Майерс взял бутылку и медленно перекатил в ладонях.

— Любой может хватить лишку и творить черт знает что, но для индейца хватит и глотка. Я не раз слышал о резне, которой могло и не случиться, если бы кто-то не был вусмерть пьян. — Он покачал головой, возвращаясь к теме. — В общем, жизнь у них тяжелая и кровавая. Некоторые племена исчезают насовсем, а лишних людей нигде не бывает. Так что они принимают чужих в свое племя, вместо убитых или умерших от болезней. Иногда берут и пленников… делают их частью семьи, обращаются как с равными. Так поступят и с нашей миссис Полли, — кивнул он на рабыню, которая тихонько сидела у костра. — Так пятьдесят лет назад могавки приняли к себе всех уцелевших тускарора. Немногие племена говорят на похожих языках, — пояснил Майерс. — Но есть и достаточно близкие. Язык тускарора больше похож на могавкский, чем, например, язык криков или чероки.

— А вы умеете говорить на могавкском, мистер Майерс? — Иэн весь обратился в слух с самого начала рассказа. Он был готов восхищаться любым камнем, деревом или птичкой, которые нам встречались в дороге, но больше всего его интересовали индейцы.

— Понимаю чуток, — скромно пожал плечами Майерс. — Любой торговец то тут, то там нахватается словечек. Пшел вон, псина!

Ролло, сунувший было нос к последней рыбине Майерса, дернул ухом, однако с места не сдвинулся.

— То есть ты отвезешь госпожу Полли к тускарора? — спросил Джейми, разламывая лепешку.

Майерс кивнул, осторожно пережевывая. Зубов у него осталось мало, и даже свежая и мягкая лепешка была тем еще испытанием.

— Ага. Четыре или пять дней пути. — Он повернулся ко мне с ободряющей улыбкой. — Не переживайте, миссис Клэр, я ее хорошо пристрою.

— Интересно, а что о ней подумают индейцы? — спросил Иэн и с любопытством глянул на Поллианну. — Они видели чернокожих женщин?

— Парень, многие тускарора и белых-то людей в жизни не видывали! — расхохотался Майерс. — Так что миссис Полли поразит их не более, чем твоя тетушка. — Майерс набрал полный рот воды и прополоскал его, задумчиво глядя на Поллианну. Она внимательно уставилась в ответ. — Думаю, они посчитают ее красавицей. Индейцы любят милашек в теле.