Книга Барабаны осени, страница 118 – Диана Гэблдон

— Невелика потеря, — раздалось в толпе, однако любопытные гости дружно зашикали на говорившего.

— Какая жалость, столько бренди перевели, — произнес кто-то другой, и теперь все рассмеялись. Это оказался Филип Уайли. Его напудренное лицо с лукавой улыбочкой выглянуло из-за плеча Джейми. — Мы столь наслышаны о ваших талантах, миссис Фрейзер. Теперь у вас есть возможность проявить себя — при свидетелях! — Он грациозно обвел зрителей рукой.

— Ох, да пошел вон! — зло отозвалась я.

— О-о, только послушайте ее! — буркнул кто-то за моей спиной отнюдь не без восхищения.

Уайли пораженно моргнул, но усмехнулся еще шире.

— Ваше желание для меня закон, мэм, — пробормотал он и с поклоном скрылся в толпе.

Я встала на ноги. Меня обуревали сомнения. Да, сработать может… Операция простая, займет не больше нескольких минут… если не возникнет осложнений. Небольшой надрез, хотя придется войти в брюшную полость и есть риск занести инфекцию…

Правда, вряд ли мне подвернутся лучшие условия для операции — тут-то под рукой полно спиртного, да и желающих ассистировать — навалом. Другой анестезии нет, а резать человека в сознании я ни за что не осмелилась бы. Да и вообще, Майерс сам просил.

Я нашла взглядом лицо Джейми в поисках подсказки. Ну, получай свое отвлечение, черт возьми.

— Лучше сделай это, саксоночка. — Джейми уставился на распростертое тело. — Вряд ли в следующий раз у него хватит смелости и денег, чтобы так напиться.

Я снова проверила пульс — по-прежнему ровный и сильный, как у жеребца.

Среди любопытных лиц мелькнул и гордый профиль Иокасты.

— Несите в приемную, — скомандовала она и исчезла.

Что ж, решение приняли за меня.

Мне доводилось оперировать при странных обстоятельствах, но такое предстояло впервые. Я быстро сполоснула руки в уксусе, который принесли из кухни. Майерс, уже без штанов, раскинулся на столе из красного дерева, обмякший, словно жареный фазан. Он возлежал на попоне, как аляповатое основное блюдо, украшенное закатанной рубахой и ожерельем из медвежьих когтей. Вокруг разложили «гарнир» из бутылок, тряпок и бинтов.

Времени на переодевание не было, поэтому мне принесли кожаный мясницкий передник. Федра подколола длинные рукава, чтобы открыть предплечья.

Внесли больше свеч, истекающих ароматным воском, — конечно, и близко не таким ароматным, как Майерс. Не колеблясь, я взяла графин и щедро плеснула бренди на поросшую черными волосами промежность.

— Дороговатый способ убивать вшей, — заметил кто-то, наблюдая, как крошечные букашки принялись спасаться бегством от потопа.

— Ага, зато помрут они счастливыми, — раздался голос Иэна. — Я принес твой сундучок, тетушка.

Иэн поставил его рядом с моей рукой и открыл. Я мигом достала драгоценную бутылочку чистого спирта и ланцет. Держа лезвие над чашей, я залила его спиртом. Желающих помочь будет море… Зрители едва сдерживали смех и бесконечно бормотали в ожидании представления, совсем позабыв про прерванный ужин.

Из кухни привели двух кучеров — держать пациенту ноги. Эндрю Макнил и Фаркуард Кэмпбелл вызвались держать руки. Иэн встал рядом со мной с дополнительной свечой, а Джейми занял место главного анестезиолога — у головы Майерса — с полным стаканом виски.

Я проверила запасы и нити для сшивания, глубоко вздохнула… и кивнула помощникам: