Книга Вехи моей жизни, страница 74 – Владимир Великий

Делясь своими воспоминаниями о пребывании в «психушке», я и через сорок лет в целесообразности и правоте своего поступка ни на йоту не сомневался и не сомневаюсь. Для меня во все времена сущность человека, как личности, определяется тремя качествами: честью, совестью и достоинством. Вообще я считаю, что настоящим стрежнем для любого человека являются его убеждения. И если он сохраняет верность давно сформировавшимся убеждениям, а не шарахается из стороны в сторону в зависимости от конъюнктуры или тех или иных происходящих обстоятельств, то можно с уверенностью сказать, что этот человек прожил свою жизнь не зря. Я вновь и вновь убеждаюсь, что меня посадили в психушку за инакомыслие.

Критически мыслящий человек, куда опаснее для режимов, стоящих у власти, чем преступник. Нельзя забывать и о том, что мне по воинским и партийным уставам и инструкциям было предписано на деле проводить политику КПСС и его руководства среди военнослужащих. Как в народе говорили, это был мой хлеб, за который я получал в те времена неплохое денежное довольствие.

Поэтому психушка для меня, офицера-политработника была вполне закономерное и одновременно ожидаемое явление. Вместе с тем, мое пребывание в «специальном заведении» в корне отличалось о тех, кто по тем или иным причинам в нем оказывался. Я был первым человеком, который оказался за решеткой и за забором с колючей проволокой без «блата». Я был, если так можно выразиться, героем-одиночкой, покусившимся на «достижения» тоталитарной системы. За моей спиной не было ни Запада, ни различных радиоголосов. Никто не давал мне и денежные подачки из-за бугра. Я был просто-напросто человеком, притом с большой буквы.

Одновременно я не отношу себя к когорте диссидентов, которые после символической отсидки попадали или попадают в объятия противников существующей власти или режима. И при этом не безбедно живут. Я просто-напросто высказал существующей системе, ее институтам свое личное мнение. И только и всего. Я считаю, что мое суждение о коррупции в Советской Армии, о нецелесообразности ввода советских войск в Афганистан было и остается до сих пор разумным и правильным. Меня же в те не столь уже и далекие времена за ослушание директив КПСС и Советского правительства, отправили на «принудительное лечение».

И еще. В психушку меня насильно посадили как абсолютно здорового человека, притом еще молодого человека. Я до сих пор восхищаюсь собой, как мне удалось выстоять против системы, которая намеревалась меня сломать. Она использовала для этого все, что имелось у нее на вооружении: партию, армию, общественное мнение и т. п. Несмотря на все это, я выстоял и в конечном счете победил!

Несколько слов о последствиях психушки. Они стали для меня трагическими. По сути дела власть, да и само общество выбросили меня на задворки не только политики, но и обыкновенной человеческой жизни. Мои попытки трудоустроиться, исходя из моих умственных способностей, таланта, как правило, заканчивались провалом. На деле я был и остаюсь до сих пор изгоем общества, которое называется демократическим, человеческим. И еще. За все свои страдания я не получил ни гроша. Не названы моим именем ни улицы, ни школы, в отличие от тех, кто сейчас преуспевает на Западе, да и в «демократической» России, получая своеобразную «плату» за потоки антисоветчины, критику существующих режимов.