Онлайн книга «Вехи моей жизни»
|
В 2005 году вступил в силу Закон об иммиграции (Zuwanderungsgesetz), ужесточивший условия приема в Германию. Теперь не только сами поздние переселенцы, но и члены их семей должны были сдавать языковой экзамен. Результаты не заставили себя ждать: уже со следующего года наблюдается особенно сильное сокращение притока переселенцев: с 35522 человек в 2005 году до 7747 человек в 2006-м. История недалекого прошлого и реалии сегодняшнего дня со всей очевидностью доказывают, что тест на знание немецкого языка всеми членами семьи переселенцев был создан специально, чтобы приостановить потоки немцев из бывшего Союза. Автор не отрицает, что не все переселенцы знают свой родной язык. Вместе с тем, нельзя не учитывать серьезные обстоятельства, которые в значительной степени отягощали его изучение. Прием переселенцев Германия ведет на основе законов о последствиях войны 1941–1945 годов. Утрата переселенцами немецкого (семейного) языка как раз и является одним из последствий этой войны. Из-за войны были утрачены национальные обычаи, обряды и т. п. Многие дети остались без родителей, мотались по детским приемникам или домам. Не только старшее, но и подрастающее поколение не могли получить знания немецкого языка. Получали его только в объеме школьной программы. И то не всегда и не везде. В отношении переселенцев за время объединенной Германии принято довольно много законов, в том числе по вопросов признания их идентичности или языка. И все они в основе своей направлены не на возрождение немцев, как нации (этнической группы), их культуры, достижений в той и и иной сфере. Наоборот, они во многом принижают роль переселенцев в истории современной России и Германии. Немецкая бюрократия торжествует. Двери, широко распахнутые в конце 1980-х и начале 1990-х годов, на протяжении двух десятилетий нынешнего века все больше и больше закрываются. Подобный произвол видели немецкие политики, общественность, средства массовой информации, но они молчали. Молчали и суды, молчали и борцы за права человека. Высылка же бандита из Африки получает мировую огласку… Нельзя не видеть и следующее, что в современных условиях очень актуально, злободневно. Ошибка германского руководства состоит в том, что оно национальные отношения подменяет политическими (производственно-экономическими отношениями) или каким-либо другим суррогатом. В первую очередь, это касается «определения» национальности и гражданства. Надо писать так: гражданин ФРГ, национальность – немец или удмурт. Это правильно. И не надо делать эфиопа, родившегося в Африке или во Франции немцем, а немца из России – русским. з) курсы немецкого языка на исторической родине. Если говорить об эффективности и действенности этих курсов, то они, по мнению автора, в большинстве своем не достигали цели. Да и каких-либо задач перед ними не ставилось. Для немецких чиновников это было просто-напросто проформа, все делалось для галочки. Организация и сами занятия нередко были пущены на самотек. Контроль со стороны каких-либо органов, как таковой, вообще отсутствовал. Отсутствовал и дифференцированный подход к знаниям немецкого языка слушателей. Одни говорили на диалекте или стремились к этому, другие вообще не знали немецкой грамматики, третьи что-то знали, но не имели возможности для дальнейшего его совершенствования. На курсах немецкого языка о каких-либо диалектах начисто забыли. Я в те времена невольно вспоминал рыжего немца, работника немецкого консульства в Новосибирске с небольшой прядью седых волос на лысой голове, который определял мою судьбу. И какой «диалект» могла дать слушателям пожилая югославка или полячка, которая вела занятия на ломаном немецком языке?! |