Книга Восстанавливая равновесие, страница 78 – Айрин Серпента

— Заткнись.

— Но Брик не помнит её!

— Посмотри, как он держится за руку сестры. Разве это похоже на амнезию?

— Мне говорили, что у Алексы была кратковременная потеря памяти, – так же тихо проговорила блондинка Бета. – Но, когда мы встретились, он вспомнил меня.

Хотя исход заседания заранее был ясен, Кассия Алессандрос, мучая себя, высидела до конца. Все её чувства словно оледенели, и было похоже, что её состояние отражается на лице – недаром Айк то и дело с тревогой поглядывал на неё. Да и Бета Вушкович, казалось, чувствовала себя виноватой; но при этом она была полна решимости забрать маленького брата в свою семью и дать ему всё, что не успела дать остальным детям, погибшим при бомбёжке.

Кассия слушала, смотрела, как члены комиссии расспрашивают Бету о её финансовом положении, работе, наличии жилья. К несчастью несостоявшейся приёмной матери, у Беты Вушкович после отъезда из Боснии жизнь сложилась более чем благополучно. Она уже два года состояла в браке, отношения с мужем имела очень хорошие – Дэвид Кронеберг обожал жену и охотно соглашался воспитывать её брата. В пригороде Сакраменто у него был большой дом, где Алекса сможет вволю играть и резвиться.

О заявлении Кассии Алессандрос на заседании комиссии даже не было упомянуто. Даже Брик казался больше увлечённым перспективами будущей жизни в Калифорнии, чем Ангелом со сломанными крыльями.

Кассия не стала прощаться с мальчиком, опасаясь, что ей не хватит для этого сил. Забравшись в джип, она сидела на переднем сидении, вся съёжившись, зажав ладони между коленями. Айк укутал Кассию пледом, но, казалось, женщина этого не заметила. Айку не нравилось, как она выглядела – будто автомобильная шина, из которой выпустили весь воздух.

— Дорогая моя, – повернувшись к Кассии, Айк нежно отвёл с лица безжизненно повисшие пряди волос, такие же мёртвые, как и глаза Кассии, – милая, любимая! Такое случается, и ничего не поделаешь. Это жизнь. Она совсем не похожа на сказку.

— Бог наказал меня, – пробормотала Кассия. – Я пыталась обмануть Его, хотела получить ребёнка, не искупив свою вину. Я – убийца, я недостойна.

— Не хочу этого слышать! – Айк гневно встряхнул её. – Не смей так говорить. Миссис Кронеберг – вовсе не орудие Божьего гнева. Мальчику будет хорошо с сестрой. А ты – подумай сама! – ты готова была осесть дома, стать примерной домохозяйкой и матерью? Тебе пришлось бы навсегда распрощаться со своим призванием. Ты была готова?

— Какая теперь разница? – вяло отмахнулась от него Кассия. – Ничего больше не имеет значения. Я потеряла Брика. Я пыталась перехитрить саму Судьбу и получила по заслугам. Давай возвращаться в Гламоч.

Айк послушно завёл мотор машины. Может, время немножко подлечит её, определённо съехавшую с катушек на теме Господнего гнева? Любопытно, все ли сёстры Кассия такие же тронутые? Может быть. Только навряд ли они столь же красивы, как его Кассия, так отважны, так ранимы и так бесценны…

Целых два дня после окончания судьбоносной поездки в Бугойно Кассия Алессандрос была тиха и задумчива. Айк никогда не видел её такой молчаливой; если раньше Кассия с готовностью ввязывалась в любой спор, по любому поводу, то теперь женщина и мысленно, и физически ускользала. Любовник не мог понять, что творится у неё в голове. И насчёт своего статуса он тоже не был уже уверен. Кассия позволяла ему держать её в объятиях, утешая; но Айк иррациональным образом понимал, что для неё это не имеет никакого значения. Он разжимал руки, и Кассия уходила – без гнева, без облегчения. Горе её было слишком велико, чтобы им делиться. Вопрос о сексе даже не поднимался. В первую ночь, когда Айк по привычке разделся и забрался в постель Кассии, женщина не последовала его примеру. Она долго стояла у окна, обняв себя руками, а потом заявила, что у неё ночное дежурство. Пусть это была только тень намёка – Айк понял. Следующим вечером он развернул гамак, закрепил петли на крюках, торчащих из стены; но Кассия не пришла спать и тогда. А к вечеру спустя сутки Айк обнаружил, что из комнаты исчезли все её вещи. Ночь он провёл, терзаясь страхами, что же могло произойти с гречанкой; а в восемь утра Айк уже допрашивал старшего администратора команды медперсонала.