Онлайн книга «Дом там, где твое сердце»
|
А потом в самом центре её тела начинаются крохотные взрывы, и тело уже не покорно ей, оно кричит, вздрагивает, изгибается. Рычит и Омар, наполняя её влагой и теплом, обессиленно падает головой ей на живот и замирает, только указательный палец вырисовывает загадочные узоры на внутренней стороне её левой ноги. Алис гладит волосы мужа, пропускает густые светлые пряди через пальцы и с тихим стоном закрывает глаза. Когда Марис готов встать, поухаживать за нею, женщина уже спит, слабо улыбаясь во сне. Велика мудрость Аллаха. Будь честным, справедливым воином, почтительным сыном – и Аллах вознаградит тебя исполнением твоего желания. Ему Творец преподнёс редкий дар, драгоценную жемчужину. Очистил голову Лиз от мусора прошлого, и теперь девушка принадлежит только ему. Если он окажется настолько глуп, что и теперь потеряет её любовь, её доверие – что ж, поделом ему. Омар Лалие продолжает свои размышления, совершая традиционное омовение перед молитвой. Ему есть за что быть благодарным Аллаху. Сбежав из отчего дома в пятнадцать лет, он несколько месяцев добирался до Европы, научившись и воровать еду, и ловко вскакивать на задки проезжающих почтовых карет, и удирать от разъярённого возницы с кнутом в руке. Первый раз, когда его огрели по спине этим бичом, Марис Стронберг впал в шоковое оцепенение, немедля получив следующий удар. Впервые кнут был не в его руках, а он уже не являлся хозяином земель и людей на них. И этот шок каждый раз переживала маленькая страшилка Лиза, когда он замахивался на неё? А он ведь не только замахивался, но и бил. Она имела основания ненавидеть его. Впоследствии Марис часто размышлял, что было бы, как сложилась бы его судьба, не заключи Эмиль Стронберг с Вергом Линтремом договор о браке их детей. Основные надежды Эмиль возлагал, разумеется, на старшего сына и наследника, Раймонд был обречён оставаться в поместье. А Марис мог избрать карьеру военного или священника, хотя ни то, ни другое его не прельщало. Уже много после, проходя обучение у Керима, он думал, что из него получился бы неплохой вор. Может быть, охотник за ворами. С названным отцом своим, Хусейном Лалие, Марис познакомился, когда сумел остановить извозчика, пытавшегося удрать с вещами приезжих с Востока. Хусейн пригласил ободранного, тощего подростка в свой дом, накормил сытной едой, долго беседовал с ним по-французски. Как-то само собой сложилось, что Марис провёл в этом доме один день, другой, а после остался навсегда. Для него не было дня счастливее, когда Хусейн склонил голову в традиционном приветствии берберов и назвал его «ибн». Сын. Для Эмиля Стронберга Марис всегда был всего лишь вторым – для Хусейна Лалие единственным. Привычку постоянно поддерживать своё тело в чистоте Омар тоже перенял от Хусейна. В Швеции они с братом иногда удирали купаться на Эльмарен, но в бане мылись раз в месяц. Хусейн Лалие мылся ежедневно. В его богатом доме в сердце песков, на краю оазиса была обустроена купальня, и даже имелся специальный слуга, занимающийся только омовениями. Плюс всем, что к ним прилагалось – умащения маслами, массажи, растягивания мышц и облегчение болей после тренировок. Не сразу Марис смог преодолеть себя и доверить евнуху разминать свои стопы, потягивать и крутить пальцы ног. Но после первой же процедуры настолько проникся целебным наслаждением, что стал поклонником восточного образа жизни навсегда. Он понимал, разумеется, что простые арабы-кочевники так, как Хусейн Лалие, не живут. Драный шатёр, конь, одна смена одежды, она же подушка и одеяло – всё их имущество. Спустя год после начала тренировок Хусейн отправил Омара в сопровождении одного из своих воинов в становище кочевников пасти овец и верблюдов, и там они прожили три сезона, перемещаясь с одного пастбища на другое, чтобы скот нагулял бока. Омар почти не слезал с жеребца все эти месяцы, научился думать о благе животного вперёд своего и растерял остатки самолюбования и эгоизма. А когда они с Махмудом вернулись в родной оазис, Хусейн поразил приблудного мальчишку, попросив согласия признать его сыном перед Аллахом и людьми. |