Книга Выживший из Атлантиды, страница 8 – Ксения Пфаненштиль

Он не хотел обрекать себя на еще одни страдания и влюбляться в человека.

— Ариша? Так тебя называет Аризель? – поинтересовался юноша.

Девушка кивнула и слегка покраснела. Это не было имя, больше что-то ласковое, звучащее на языке шаманки. Эхо всегда считал, что она произносит несвязанные звуки и придает им смысл. «Ариша» означало цветок на ее странном языке, понятном только ей.

Юноша был красив и загадочен. Защищал, но держался в стороне. Много наблюдал, мало говорил. Был всегда достоен и почтителен.

— Почему ты не называешь свое настоящее имя? – поинтересовалась девушка.

— Возможно, я хотел забыть его, но как забудешь наследие целого народа, хранящееся в простом имени?

Они долго стояли и смотрели на озеро, на закат солнца. Девушка много спрашивала о разном из его жизни, что, казалось, было совсем не важным. Что снится по ночам? О чем мечтает? Юноша уважительно отвечал, начал было уставать, как Ариша спросила:

— Что бы ты делал, если бы узнал, что такие, как ты, еще есть на земле? Они выжили. Не многие, но есть.

Глаза Эхо еще долго сияли в темноте от счастья. Не один. Не последний! Он был счастлив. Направляясь к Аризель, чтобы поделиться с ней этой новостью, он предвкушал встречу с его сородичами.

Поток свежего воздуха ворвался вместе с ним, когда он открыл дверь в хижину дорогой подруги.

Она лежала на кровати. Последнее время она много отдыхала. Говорила, что устает. Ее преклонный возраст давал о себе знать. Уже, как раньше, она не могла подолгу бродить с Эхо по полям и горам.

Он сел у изголовья ее кровати, когда понял, что происходит.

— Не печалься так… – тихо произнесла она. – Когда-нибудь ты тоже так будешь лежать, корчась от старости, приближаясь к смерти. Просто это будет очень и очень нескоро.

Он молчал. Гладил ее по уже совсем седым волосам. Аризель ждала, когда он скажет то, чем он так хотел с ней поделиться. Не сумев рассказать ей, что уходит, он молчал. Не сейчас. Ничего не произойдет, если он подождет еще годик-другой, прежде чем отправиться в путь. В дальние края, куда его направила юная шаманка, увидевшая в видении, что за песчаным морем есть такие же, как Эхо.

Едва слышно, нежным и заботливым голосом он прошептал:

— О Боги! Взываю я к вам. Предо мной моя услада. Она так красива, лик ее подобен сияющему солнцу, что слепит мой очи. Усмирите мой тревожный дух, успокойте сердце и разум. Смех ее подобен летнему дождю, приносящему легкость и счастье. Как малая птаха, порхает она предо мною, завлекает и играет со мной. Как хищный зверь, защищает она свой очаг и семью. Любовь моя к ней не имеет границ и края. Великий Громовержец, останови меня, я на пороге отчаянья в страхе потерять ее…

Аризель вслушивалась в каждое слово, которое согревало ее своим ласковым произношением.

— Это тоже сказал твой отец возлюбленной матушке?

Ее голос был хриплый и дрожащий, она помнила каждый стих, который юноша читал ей.

— Нет… – грустно, закрыв глаза, ответил он. Шаманка удивилась и потупила взор. – Я.

Сердце старой женщины было полно любви и счастья за своего дорогого друга. Они всегда понимали, что больше чем друзья, их родственные души связали их. Но это была теплая и нежная родная любовь, подобная брату и сестре. Она сжала его руку, как позволяло ей ее старое тело с ослабевающим духом. Сказала, что тоже любит его, и заснула.