Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 200 – Шу Кэ

— Незачем напоминать об этом.

— Иди.

Снег давно растаял. Пейзажи в окрестностях города Отраженной луны преобразились. Склоны горы были покрыты сочной зеленью.

Белая одежда подчеркивала его холодность. Бессмерт-ный стоял в той же позе, что и в прошлый раз. Казалось, он не сдвинулся с места с тех самых пор. Прошла зима, растаял снег, а мужчина продолжал стоять.

Демон желаний рухнул на землю. Его глаза были закрыты.

Чун Цзы примчалась, оседлав ветер, и плавно приземлилась неподалеку. Прядь ее длинных волос упала на лицо, и она обольстительно откинула ее хрупкими пальцами.

— Ты искал меня? – В словах послышалась двусмысленность.

К ее удивлению, Ло Иньфань не смутился и не рассердился, а лишь повернулся и посмотрел на нее черными как смоль глазами. Они были такими глубокими, казалось, он хотел поглотить ее целиком.

Демон желаний поднялся с земли и, не сказав ни слова благодарности, развернулся, чтобы уйти.

Чун Цзы перехватила его.

— Он убил Темного нарцисса. Разве ты не хочешь отомстить?

Они не виделись несколько лет. Теперь его призрачное лицо уже не выглядело столь же свирепым, как прежде.

— Это был ее выбор, – спокойно произнес Демон желаний. – За что мне мстить и кому?

— Тем не менее я пришла, чтобы спасти тебя, ты не можешь так просто уйти. Владыка сомневается во мне, считает, что наша с почтенным связь слишком туманна. Если уйдешь, оставишь женщину наедине с мужчиной. Это может породить сплетни. Даже если правда на моей стороне, мне будет сложно это доказать.

Демон желаний открыл рот, не зная, смеяться ему или плакать.

Ло Иньфань побледнел, но промолчал.

Демон желаний посмотрел на него, затем перевел взгляд на Чун Цзы и усмехнулся.

— Ты не Шуйсянь.

— Я – она. – Чун Цзы увидела, как застыло прекрасное лицо, и язвительно усмехнулась. – Если я так скажу, ты поверишь? Все знают, что он мечтает убить меня. Убить это «злое существо».

— Чун-эр!

Какой знакомый тон: нотка упрека, нотка бессилия. Даже если она умрет тысячи раз, превратится в пепел, сгниет в земле, все равно будет помнить его.

Чун Цзы какое-то время молча смотрела на бессмертного, а затем спросила:

— Ты вспомнил?

Ло Иньфань промолчал.

«Это признание? Снова чувство вины?»

Чун Цзы это показалось еще более забавным. Назвать его бесчувственным? Даже зная, что ничего уже не вернуть, он все равно пытается спасти ее. Назвать его чутким? Его слова и поступки всегда предельно беспощадны и жестоки. В том, что сейчас она такая, – полностью вина его и остальных бессмертных. Если спросить, жалеет ли он о чем-то, Ло Иньфань наверняка скажет «нет». Однако чувство вины питает его. Разве это не извращенное самоистязание?

Он выбрал забвение, так стоило ли напоминать? Или ему лучше снова все забыть?

Ничего не сказав, Чун Цзы развернулась, собираясь уйти.

— Чун-эр! – Он наконец открыл рот. – Куда ты идешь?

— Обратно в демонический дворец, конечно.

— Тебе не следует там оставаться.

— Твои слова звучат странно. Теперь я повелительница демонического дворца. Это мой дом. Если не туда, то куда?

«Ее дом?» Ло Иньфань всеми силами старался оставаться невозмутимым.

— Кто, по-твоему, Цзю Ю? Этот повелитель демонов не так прост…

— Он мой муж. Все знают, что он загадочная личность. Самый могущественный повелитель в мире демонов, – перебила Чун Цзы, приподняв бровь. – В чем дело? Ты ревнуешь?