Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 172 – Шу Кэ

Ло Иньфань был поражен, сомнение в его сердце только усиливалось.

Прежде он думал, что ученица, рожденная с темным духом, не смогла противиться пороку и потому пошла против своего наставника. Но, похоже, все было совсем иначе. Она так послушна сейчас – не верится, что способна на предательство. Вероятно, Цзю Ю совратил ее, увлекая на демонический путь. Наверняка она боялась, что наставник станет порицать ее, поэтому не вернулась и осталась в мире демонов. Ученица не могла смотреть, как людям причиняют вред, потому отправилась к шлюзу Небесной реки, чтобы перекрыть его и помочь простым смертным.

Как он смеет называться наставником, если позволил этому ребенку ступить на демонический путь?! Ло Иньфань взглянул на ее лицо и почувствовал угрызения совести, которые, впрочем, тут же были развеяны голосом разума.

За ошибки нужно платить. Если она в самом деле совершала чудовищные злодеяния – жаль, ей не будет пощады. Нынешняя она несет слишком большую опасность, одно неосторожное действие может поставить под угрозу все шесть миров. Никто не обвинит его в том, что он задумал сделать.

Шаг, еще шаг, Чун Цзы подходила все ближе, пока не остановилась перед ним. Ее взгляд был полон радости и тревоги. Она хотела обратиться к нему, однако слова застряли в горле.

В тот же миг что-то пронзило ее тело. Что-то тонкое и холодное. Что-то, что крепко связало души и тело. Чун Цзы почувствовала слабость.

Демоническая ци внутри нее инстинктивно взбурлила, давая отпор, но чем больше она сопротивлялась, тем сильнее затягивался тот артефакт, едва не разрывая души.

Боль была невыносимой, из уголка рта потекла соленая струйка. Словно в тумане Чун Цзы подняла руку и коснулась губ, на пальцах осталась кровь. Она медленно подняла на него взгляд.

— Наставник?

Мужчина перед ней обрел свой прежний суровый и холодный вид. Его голос был таким знакомым и одновременно таким чужим.

— Это артефакт школы Наньхуа: Шелковая нить, связывающая души. Я связал твои души, отныне, если используешь демоническую силу, чтобы кому-то навредить, ранишь саму себя. Чем больше вред, тем сильнее раны.

«Шелковая нить, связывающая души?» Чун Цзы отшатнулась, ее лицо было белым, словно лист бумаги. Он солгал ей! Он снова солгал ей! И снова на этом месте!

— Если не доверяешь, почему просто не убьешь? – Она мрачно рассмеялась.

Ло Иньфань почувствовал укол вины за то, что причинил ей боль, но быстро вернулся к своей холодной невозмутимости.

— Ты встала на демонический путь, предала наставника. Ты больше не ученица школы Наньхуа. Думала, я не приму необходимые меры?

«Больше не ученица школы Наньхуа? Изгнанница?» Чун Цзы молчала.

Ло Иньфань сначала хотел прочитать ей мораль, но, увидев ее состояние, смягчил тон:

— Учитывая наши отношения учителя и ученицы, принимая во внимание то, что ты не причиняла никому вреда все эти годы, я сохраню тебе жизнь. Вернись со мной…

Темный дух резко нахлынул, словно бушующая волна.

Бессмертный замолчал, не в силах скрыть потрясение.

Демоническая ци потекла по телу Чун Цзы, стремясь разорвать сковывающие узы. Но Шелковая нить, связывающая души, лишь крепче сжималась от направленной на нее силы. Темно-бордовая кровь хлынула из глаз, носа и рта, стала просачиваться сквозь поры нежной белой кожи. Она медленно превращалась в кровавое нечто!