Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 73 – Наталья Смеречинская

Я бы даже сказала — вылетел.

Принц вдруг взвился в воздух, широко раскинув руки, и начал подниматься вверх к самому потолку пещеры. Полы его чёрной одежды трепетали, а волосы окутали тело, словно плащ.

А потом... Он преобразился!!!

Тело Теодора выгнулось дугой, и по пещере прокатился оглушительный треск.

Вспышка голубого света ударила во все стороны, заставив меня зажмуриться. Воздух наполнился водяной пылью, словно над гнездом разом взорвалась сотня морских волн.

Внутри сияющего вихря мелькали серебристые чешуйки. Они рождались прямо из света, стремительно покрывая тело принца. Руки вытянулись, превращаясь в длинные когтистые лапы, позвоночник удлинился, а за спиной взметнулся гибкий змеиный хвост.

Грохот становился всё сильнее.

Серебристо-голубой вихрь рванулся к потолку, закручиваясь вокруг самого себя, а потом свет погас.

Над гнездом парил дракон.

Длинный и гибкий, похожий на ожившую реку. Его тело покрывала переливающаяся чешуя всех оттенков голубого и серебряного. По спине тянулась грива из белоснежных светящихся нитей-усов, а между огромными рогами плавали крошечные голубые искры.

Он медленно повернул голову, и его сияющие глаза открылись.

Чистые, голубые, лишь с едва заметной желтизной ближе к зрачкам.

— Водный дракон, — рядом прозвучал тихий голос Рафаэля, но в нём легко можно было распознать чистый, ничем не прикрытый восторг и восхищение. - Черт побери! Он водный дракон!!!

Да, должна признать, в этот момент Теодор и правда представлял собой такое величественное и впечатляющее зрелище, что даже я позабылась на секунду.

Но потом его взгляд остановился на мне, и дракон тут же пришёл в движение. Его длинное гибкое тело начало извиваться и приближаться к гнезду.

Я задушено пискнула, пытаясь справиться с заморозившей тело паникой, и мне даже удалось немного отодвинуться, уперевшись спиной в один из зубцов сталагмитов.

Но разве это спасёт от Теодора?

Дракон опустился ниже, его лапы почти коснулись пола пещеры, а потом он вдруг рассыпался на рой тысяч сияющих точек, чтобы из них снова вышел красивый и гордый младший принц.

Он смотрел только на меня, и во взгляде его было что-то такое... Такое, что незнающие Теодора приняли бы за обожание.

Он протянул ко мне руку и с яркой улыбкой, которую я видела впервые в жизни, произнёс:

— Кори.

Всё, этого было достаточно.

Все оковы и паралич спали от его голоса, и я сделала то, что хотела сделать не раз за этот вечер.

Громко и пронзительно завизжала.

У меня зуб на зуб не попадал. Я сидела, завёрнутая в одеяло, и пыталась справиться с очередной накатывающей волной истерики.

Рядом сидела Дафна, одной рукой приобнимала меня, а второй пытаясь хоть немного вытереть стол после неловко разлитого чая. Между прочим, дорогой кашемировой шалью, которую когда-то подарила мне Амелин. При упоминании девушки я нервно икнула, и руки ещё сильнее затряслись.

— Может, не будем продолжать сегодня? — со слабой надеждой спросил Рафаэль, наблюдая из кресла напротив за разворачивающейся драмой на диване.

Рука Дафны замерла, а я даже перестала трястись. Мы обе так взглянули на наследного принца, что тот проглотил заготовленные аргументы и, кажется, ими подавился.

— Сегодня! — мои слова звучали безапелляционно и угрожающе, несмотря на дрожащий голос. — Ты нам расскажешь всё до последней детали и не упустишь ничего!