Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 44 – Наталья Смеречинская

— Не ожидала, да?

Я послушно покачала головой, как игрушка-болванчик, которую толкнула капризная детская рука.

Он хмыкнул и поднялся, возвращаясь на оставленный «трон».

— Думаю, повторять тебе то, во что я посвятил тебя в прошлой жизни, не имеет смысла. Если бы ты этого не помнила, не стала бы так отчаянно пытаться сбежать в этот раз, подсовывая мне вместо приманки Амелин. Но чего я тебе не успел сказать в прошлый раз, милая, так это то, что драконы очень обидчивые и злопамятные.

Он посмотрел на меня так, будто открыл величайшую тайну на земле, но я об этом уже и так догадалась. Влюблённая дочь младшего министра — это страшная сила, которую очень тяжело удержать.

Я была влюблена в него по уши ещё лет с тринадцати, пленённая его чёрными глазами и загадочным молчанием. Он казался холодным и недосягаемым. Может ли быть что-то ещё более желанное и соблазнительное для испорченной девчонки, получающей всё, что она захочет, по щелчку пальцев?

Я разузнала о нём всё (так мне тогда казалось): от его предпочтений в еде до тайных делишек, о которых не должен был знать никто. Мои шпионы взяли его в кольцо. Я думала, что крепко держу его в руках, и поэтому новость о девушке, которую искал младший принц, добила меня.

Амелин — нищая сирота из какой-то глухой деревни! Без роду, без племени и уж точно не сравнится ни с одной придворной дамой красотой. Что уж говорить обо мне.

Я была самой привлекательной невестой столицы, и тут такой поворот. Единственное, что спасло меня в тот момент от личного вмешательства, — это то, что отец уже успел позаботиться, чтобы девица исчезла.

А я должна была готовиться к свадьбе. Но это не помешало мне сходить с ума от ревности.

Я снова прошлась взглядом по расслабленной и вальяжной фигуре Теодора, особо задержав его на руках принца.

Ничего, он быстро вылечил меня и от ревности, и от любви к себе. Пытки, знаете ли, самое лучшее лекарство.

Остался только животный страх и ненависть.

— Сочту твоё молчание за согласие, — продолжил он, так и не дождавшись ответа. — Так что я собираюсь стребовать с тебя долг и в этой жизни, женушка.

Какое же он ненасытное чудовище.

В груди защемило от жутких воспоминаний и плохих предчувствий. Я ощутила тошноту, но, наскребя остатки смелости, спросила:

— Снова будешь пытать?

Взгляд его на миг изменился. Глаза на мгновение стали тёмно-бордовыми и... странными, но он тут же прогнал это выражение, спрятав его за привычной холодностью.

— В этой жизни у меня немного другие планы, но если ты захочешь, — широким жестом он обвёл темницу, — сюда ты можешь вернуться в любой момент.

Не будет пытать?

О боги, он не будет меня пытать.

Хотя радоваться рано. Теодор коварен и нестабилен, может в любой момент передумать. Или это у него игры такие?

Я нахмурилась и осторожно спросила:

— Тогда что же ты хочешь со мной сделать?

Его пальцы, что до этого небрежно поглаживали подлокотник кресла, застыли, а потом он снова стал неспеша водить ими по красному дереву.

— Твой долг и долг твоей семьи велик. Но не передо мной, а перед Амелин. Она больше всего пострадала в этой ситуации, и раз уж она в этой жизни осталась жива, то думаю, будет справедливым, если она сама спросит с тебя всё.

Он неторопливо поднялся и махнул рукой. Тут же из тени выскользнули охранники, подхватывая кресло и убирая его в сторону. Один из них склонился в поклоне перед принцем, ожидая указаний.