Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 33 – Наталья Смеречинская

И это нововведение вызывало подозрения. Конечно, можно было объяснить всё последними событиями. Утешить себя тем, что теперь меня и родная мать не узнает (так я изменилась за полтора года), но всё же волосы становились дыбом на затылке от нехорошего предчувствия.

— Позови Огюста, — приказала я служанке, стараясь поглубже забиться в угол кареты и не светить лицом, когда она открыла дверь.

— Да, госпожа? — глава моей охраны тут же подъехал и спешился, заглянув в карету.

— Есть ли возможность объехать их? — спросила его с тайной надеждой. Ну не хотелось мне встречаться со стражей. Хоть убей не хотелось.

— Никак нет, госпожа, — наёмник покачал головой. — Люди говорят, что такие посты по всем дорогам расставлены. Ловят изменников.

Будто в подтверждение его слов за его спиной раздался шум. Стражники остановили двоих — женщину и мужчину.

Мужчина был высоким и широкоплечим. Простая льняная рубаха натягивалась на мощной груди и руках, покрытых следами старых ожогов и мелких шрамов. Рядом с ним стояла молодая брюнетка с длинными густыми волосами, заплетёнными в толстую косу. Её тёмное дорожное платье промокло по подолу от грязи, а тонкие пальцы судорожно сжимали корзину с какими-то свёртками и инструментами.

— Мы ничего не сделали, господин! — испуганно повторяла девушка, пока стражник грубо выворачивал мужчине руки за спину.

Тот молчал. Только желваки ходили на суровом лице, да взгляд становился всё мрачнее с каждой секундой.

Внутри завыли сирены. Не думая ни секунды, я приказала:

— Поворачиваем.

— Госпожа? — Огюст был очень удивлён, но я повторила:

— Возвращаемся в последнюю деревню. — Немного подумав, я добавила: — Кажется, там был постоялый двор?

Наёмник кивнул и, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, будто хотел сказать что-то ещё, всё же смирился и пошёл отдавать приказ. Впрочем, ему именно за это и платили. За то, что защищал и не задавал лишних вопросов.

Нам удалось кое-как развернуться и поехать назад. Выглядело это подозрительно, но никто догонять нас не стал.

И вскоре я уже выдохнула в комнате на постоялом дворе. Местечко это было так себе, но я за последние годы обеих жизней побывала в таких передрягах, что не очень тщательно помытый обеденный стол казался мелочью.

Изначально я действовала под влиянием эмоций и внутреннего порыва, но сейчас, поразмыслив, решила, что поступила правильно. Мне не нужно туда соваться.

Глупо делать самой то, что можно поручить другим.

Поэтому, придя к такому выводу, я приступила к реализации плана.

Уже на следующий день один из людей Огюста отправился в столицу, неся записку за пазухой.

Эта записка предназначалась госпоже Веронике Нитан, знаменитой модистке столицы. Она лично обшивала весь двор, включая его величество короля и обоих принцев.

У меня было несколько вариантов связаться с Рафаэлем, но именно мадам Нитан казалась мне самой надёжной.

Её сын был женат на дочери одного из управляющих поместьями Рошвальдов. С нами у неё был кровный интерес.

Поэтому начать я должна была с неё. В записке я попросила встречи, не называя себя, и вместо подписи добавила одну фразу, понятную только нам обеим: «Павлинье платье с радужной вышивкой».

Мадам меня поймёт. Когда я была маленькой, лет семи, не больше, во дворце назначили грандиозный приём, на который знатные семьи должны были привести и младших отпрысков. Это было дивное событие, так как детей не принято было выводить в свет до пятнадцати лет.