Книга Твой яд, страница 80 – Диана Валеса

Что ему опять нужно? Зачем идет сюда?

Мэтью спокойно и с любопытством наблюдает за приближающимся Ашером. Он останавливается напротив меня, не садится. Стоит, возвышаясь надо мной, и его жёлтые глаза горят. Вокруг нас образовывается тишина. Да и воздух становится тяжёлым.

Свободно? — голос Ашера звучит спокойно, но я чувствую, сколько усилий ему стоит это спокойствие. — Садись, — пожимает плечами Мэтью.

Ашер опускается на стул рядом со мной слишком близко. Я чувствую жар его тела, слышу его дыхание, и это сводит с ума. Всё внутри меня кричит... Чтобы я как можно дальше от него была. Решаю, так и сделать!

Я резко встаю, стул с грохотом отъезжает назад, задевает соседний столик. Не обращаю внимания, только хватаю свой поднос, даже не глядя, что на нём осталось, и разворачиваюсь к выходу. — Карина... - голос Ашера звучит хрипло, но я не останавливаюсь. И не собираюсь даже оборачиваться, потому что если сейчас увижу его лицо, то либо разревусь, либо ударю. А я не хочу показывать своих эмоций перед ним и говорить с ним я тоже не желаю. Я выхожу из столовой быстрым шагом, поднос бросаю на ближайший столик у входа, даже не думая о том, что это не место для грязной посуды.

Выхожу из столовой и иду в аудиторию, когда слышу за спиной тяжёлые шаги. — Карина, стой.

Голос Ашера режет воздух. Я не останавливаюсь и ускоряю шаг, но он догоняет в несколько широких шагов и загораживает мне путь.

Останавливаюсь и смотрю куда-то в сторону, только бы не в его глаза. — Поговори со мной. Хотя бы минуту, — его голос звучит непривычно. Он не двигается и смотрит на меня.

— Пожалуйста, — шепчет он.

Поговорить? Нужно было изначально это делать, а не сводить меня с ума! Внутри меня закипает злость. Я шумно выдыхаю и делаю шаг в сторону, чтобы обойти его, но Ашер перехватывает меня за локоть и силой заталкивает в ближайшую аудиторию. Вскрикиваю и пытаюсь сопротивляться, но уже поздно. Мы уже в пустом помещении и Ашер даже успел дверь закрыть и меня зажать у ближайшей парты. Я делаю глубокие вдохи, внутри всё горит, сердце бьётся как сумасшедшее. Карина, — Ашер ставит руки по обе стороны от моего тела на столешницу, перекрывая мне пути отхода. — Скажи что-нибудь.

Он так и не понял? Если я сказала, что никогда больше не заговорю с ним, значит так и будет! В отличие от некоторых, я своё слово держу.

Сжимаю губы, отворачивая лицо в сторону. Не хочу смотреть на него, ничего не ХОЧУ. Ашер наклоняется ещё ниже ко мне, его дыхание опаляет кожу в районе уха и шеи. Дышит прерывисто, словно вот-вот и задохнется. Пусть задыхается! Ведёт носом по моему виску, от чего у меня от этого места табун мурашек расползается по всему телу. Боже, если бы я знала, что это будет настолько тяжёлая пытка находиться рядом с ним, то осталась бы жить с отцом. Вдали от всего этого и вдали от Ашера. Его близость сводит меня с ума, запах заставляет делать глубокие и судорожные вдохи, чтобы наполнить лёгкие до краёв, а сердце...

О, как оно ещё не пробило грудную клетку.

Ашер не трогает меня руками, но то, что он делает сейчас, намного хуже. Утыкается лицом в изгиб шеи и продолжает громко дышать, больше ничего не говорит. И мы стоим так долгие минуты. И это время тянется не просто бесконечно, оно словно вообще остановилось. Я и сама двинуться не могу, потому что внутри меня сейчас борются обида на Ашера и дурацкие положительные чувства. Я сама не заметила, как этот парень пробрался в моё сердце. И именно поэтому мне так больно сейчас.