Книга Твой яд, страница 43 – Диана Валеса

О Карине.

О Карине? — его брови ползут вверх. — А мы разве знакомы настолько, чтобы обсуждать общих знакомых? Ты бы не подходил к ней.

Я? — он усмехается. — Я помог ей, когда она упала. Проводил до медпункта. Что не так? Не нравится? Так надо было тогда самому это сделать. Но ты не сделал, и теперь мне это предъявляешь. Я правильно понимаю?

Молчу.

— Ты серьёзно? Ревнуешь? — он качает головой. — Чёрт возьми, Ашер, ты вообще слышишь себя? Она тебе кто?

Девушка? Невеста? Жена? Нет. Ты сам её мучаешь, а когда кто-то другой проявляет элементарную вежливость,

ты бежишь разбираться? У тебя крыша поехала? — он тяжело выдыхает и задумчиво на меня смотрит. — Знаешь,

Карина красивая девушка. И есть в ней что-то такое, что притягивает к себе. Я не могу это обьяснить, но она мне

нравится.

Зверь внутри рычит так, что у меня темнеет в глазах.

«Убей его. Прямо сейчас»

Заткнись, — шиплю я.

Что? — не понимает Мэтью.

Я не с тобой.

Он смотрит на меня как на сумасшедшего. Вокруг уже собираются зеваки, кто-то достаёт телефоны. Алекс пробивается сквозь толпу. Я вижу только этого ублюдка, который смеет говорить, что моя Карина ему нравится. — Ты нарываешься, — делаю к нему шаг, чувствуя, как волна ярости затапливает разум. Угрожаешь мне? — Мэтью теряет остатки веселья, его глаза тоже начинают загораться жёлтым. — А ты догадливый ублюдок.

И это становится последей каплей. Он бьёт первым. Я даже не пытаюсь уклониться. Пусть бьёт. Проверим, на что он способен и кто из нас сильнее. Удар прилетает в челюсть, голова дёргается, но боли нет. Только разгоняющаяся ярость.

Отвечаю. Мой кулак врезается ему в скулу, и Мэтью отлетает к стене, сшибая по пути столик. Бутылки летят на пол, кто-то визжит. Чёрт возьми, как же хорошо.

Набрасываюсь на него, пока он не успел подняться. Бью ещё и ещё. Он пытается закрываться, но я сильнее. Я злее. Во мне вся та ненависть, которую я не могу выплеснуть на Карину, потому что эта сумасшедшая девчонка... Потому что она… «Потому что ты втрескался в неё»

— Заткнись!

Мэтью ловит мой кулак, перехватывает руку и резко выворачивает. Я рычу и бью коленом ему в живот. Он складывается пополам, но тут же встаёт, и мы снова сходимся. Вокруг крики, кто-то пытается нас разнять, но безуспешно. Когда хищники в ярости, это самая настоящая буйная стихия. Нас не остановить, пока мы сами не захотим остановиться.

А я не хочу. Потому что каждый удар по этому ублюдку, это будто удар по моей собственной боли. По той, что разъедает изнутри, что заставляет меня ненавидеть её и желать одновременно. «Ты не её ненавидишь. Ты себя ненавидишь. За то, что не можешь контролировать» Подливает масла в огонь.

— Заткнись, заткнись, заткнись!

Мэтью пользуется моментом, когда я отвлекся на голос в голове, и бьёт меня в челюсть снова. Я падаю, но тут же вскакиваю. Губа разбита, во рту вкус крови. Но мне даже хорошо. Ведь эта боль отрезвляет. Мэтью тяжело дышит, вытирает кровь с разбитой брови.

Ты псих, Коэн, — хрипит он. — Тебе лечиться надо.

Я в курсе.

Бью снова. Он уклоняется и сразу отвечает. Мы катаемся по полу, крушим мебель и пугаем людей. В какой-то момент я оказываюсь сверху и заношу кулак для последнего удара. Такого, от которого он не встанет. И вдруг вижу её лицо.

Не Мэтью, а Карины.