Книга Крыло богини и мягкое перышко для нее, страница 43 – Тата Шах

— Зачем тебе я? Какую выгоду возьмешь?

Он возьми и ляпни.

— А то, что ты мне нравишься, не считается? — скептически оглядела мужчину снизу до верху. Он ухмыльнулся и шепнул тихо так, чтобы слышала только я, — не претендую. Все мы переживаем за воеводу. Если бы Артой претендовал, он бы не стал даже задумываться на твой счет. А вот меня считает молодым и пустоголовым, хотя я не раз доказывал и зрелость, и ум.

Посвистывая отправился дальше. Значит отряд желает счастья командиру, верит, что он остепениться и перестанет думать о своей Аленике.

Все семь следующих часа я задумчиво рассматривала воинов, вспоминая об обещании божественной помощи. Славаля обещала, что поможет устроить мою жизнь и моих деток в добрые руки.

С любовью окинула копошащихся в люльках деток, ставших самым ценным подарком от Ракунара. Они словно понимали мои переживания, поглядывали с любопытством, не забывая уцепить цепкими ручонками хвост Тимохи или кисточки ушей ящерки.

Славичи показались к вечеру, как и было обещано. Но мы не остановились на постоялом дворе. Проехали все таверны. Почти проехали Славичи насквозь, заставляя насторожиться. Мимо главной площади, где проходили обряды мы уж точно не проезжали. Когда неожиданно свернули в неприметную улочку и уткнулись в высокий частокол, поняла, что мы добрались до местного гарнизона. Все усложнялось. Я не только не успела выбрать будущего мужа, или хотя бы защитника, но и получила существенную угрозу — остаться вовсе без оного.

В гарнизоне нас ждали. Мне не показалось, что один из воинов вынув из своей котомки сокола, отправил его с сообщением. Во дворе было пусто, нас встречал один единственный воин, по внешнему виду напоминавшего командира. Так и оказалось. Прислушавшись к негромкой беседе воеводы с ним, поняла, что перед нами расшаркивается сотник, глава гарнизона.

— Все сегодня на выборе. Не зря мы стоим в городе, многим хочется попытать судьбу, заполучить идеальную жену.

Воевода неосознанно нашел меня взглядом и вдруг спросил.

— И что, та богиня никогда не ошибается?

— Не было такого. А я здесь простоял с сотней больше двадцати лет. Жаль, что свою голубку привез из дома. Мы с ней как кошка с собакой живем. А хотелось бы покоя после службы.

— Арта, твоя задача договориться с местным жрецом. Притащи его для заключения брачного союза, — боевая подруга ухмыльнулась, оглядев поле ягодных мужчин. Князь допустил ошибку, послав за нами лучший взвод своей дружины.

— Но и боги ошибаются.

— Бывает и такое, только не Славаля.

Нас провели к одной из деревянных казарм, рассортировав как зайцев по разным помещениям, позволили устроиться. Нам с Артой досталось маленькое помещение, по всему наспех обустроенное специально для нас. Две кровати, застеленных вышитыми розовыми покрывалами, место для сундуков и люлек, единственная тумбочка, на которой стоял стеклянный кувшин с веточками сирени, что считалось роскошью для военных казарм.

Мы обустроились быстро, переодевшись и уже ожидая, когда нас позовут на ужин. Тимоху ожидаемо не пустили в казарму, и он поскуливал громко в конюшне. Его жалобный голос ни с чем не перепутаешь. Но с нами тенью просочилась Врединка и вальяжно обойдя все помещение, выглянув в занавешенное окошко, улеглась у люлек. Арта задала вопрос дня.