Книга Крыло богини и мягкое перышко для нее, страница 106 – Тата Шах

Он махнул рукой в сторону двери и та распахнулась, намекая, что мне пора и честь знать. Кратко и по существу. Но внутри по-прежнему бушевал ураган. Я не понимала, чем поможет друид, не представляла насколько опасен советник. Не видела его целей.

К шести вечера я была одета в самый роскошный свой наряд. Скромность не уместна, когда необходимо быть достойной мужа. Алексий пришел вовремя. Ровно в шесть тридцать сам постучал в мою дверь. Оглядел меня с ног до головы, одобрительно кивнул, не скрывая мужского интереса, а затем раскрыл красный бархатный мешочек. А свет показались рубины, крупные камни отражали уходящий свет за окном.

— Они достойны тебя, — и ни слова извинений, лишь ожидание приму или нет его дар. Хотелось накричать, швырнуть в лицо ему драгоценности, предназначенные не мне. Но тут как в реальном времени вспомнились слова друида, и я поблагодарила мужа, подставляя шею, проявляя знак высшего доверия. Надевать украшения может лишь любящий муж. Воевода не растерялся, расправил колье на моей груди и защелкнул замочек. Осторожно вдел серьги в уши, расправляя длинные подвески, заставляя их сверкать и звенеть, как хрусталь. Медленно повернул меня к себе и надел на руку изящные браслеты. Их было три — два тонких и один массивный тяжелый, все с теми же рубинами. Север так богат? Он расстроился из-за того, что пришлось отдать драгоценности мне, что не успел подарить их Аленике?

Но ответов я не получила. Муж подхватил меня за руку, ведя в гостиную. Попросил Красаву дать мне шубку, а не пелерину. Позаботился о тепле. Белоснежная легкая шубка, скрывающая лишь талию, дополнила образ чужеродной красавицы. Права была мама, когда велела на свидания надевать самые лучшие наряды. Мол мужчина любит глазами, лишь потом способен разглядеть душу.

Друид нас поджидал у калитки. Он молчаливо присоединился к нашей паре. Алексий не спрашивал у друида почему он отправляется с нами. Поняла, что он не спросил и про Арту, а ведь один из охранников провожал ее из дома, а я громко приказывала дому не впускать девушку обратно, закрыть для нее доступ. Он грустит не из-за Арты, наивная девчонка построила воздушные замки. Он не в себе из-за нее. Когда заговор советника и Аленики раскроется, он простит ее, или попробует вычеркнуть из своей жизни? Терпел ее мужа, терпеть еще и любовника? В этот момент ясно поняла, что была права отталкивая его. Пока он не переболел своей любовью, семью и счастье не построишь. А ведь богиня заключившая наш брак предупреждала, что нам придется пройти сложный путь. Тогда казалось все возможным, все препятствия по плечу. На деле мы оба опустошены, и не желаем строить что-то новое.

В дороге воевода молчит, а меня посещают мысли о том, что мы так с ним ни о чем не договорились. Внешняя демонстрация единения семьи рассыплется из-за недопонимания между нами. Осторожно завожу разговор.

— Нас будут встречать по одежке, но и оценивать взаимопонимание.

— Тебе можно и помолчать хоть раз.

— Это когда вы будете договариваться о присутствии моих детей на ужине? Или подчинение и должно быть без доверия слепое и с последствиями?

Он остановился у раскидистого дуба, продолжая удерживать мои руки в своих, приблизился почти вплотную. Навис надо мной скалой, лишая пространства и воздуха.