Книга Медея, страница 81 – Ли Литвиненко

— Хочется сладкого, – вытащила из кармана мятный пряник, понюхала с наслаждением и жадно откусила. – Может реакция на недавнее полнолуние?

— Или на жаркие ночи, – замаялась Лушка. – Наверное для восстановления сил обороницам нужна особая еда.

— Выходит что так, раньше то я пряники не очень любила…

Сквозь лес вела недавно прорубленная просека. На земле свежие следы волочения. Повалены деревья оттащили к воде.

— Что это они удумали, – оглядывался Зоран. – И пеньки выкорчевали. Прямом настоящая дорога. Неужели решили кататься к людишкам на повозке?

По просеке быстро дошли до речки.

— Они построили из деревьев строительные леса для моста, – увидев аккуратную конструкцию, понял Гелиодор. – Хитро. Молодцы.

— Альфа! – его сразу учуяли, обрадовались. Побросали работу и бросились навстречу.

— А у вас тут весело, – Гел оглядывал собравшихся.

Потные, загорелые и босые. Из одежды только штаны.

— Работа смотрю продвигается?

Мост порядком обновили, замазали свежим раствором щели, укрепили свод и почти закончили каменную стойку у того берега. Еще день и все будет готово.

А девушки сгрудились на том берегу. Их смутили новоприбывшие. Человечки худые какие, но молодцы, видно что помогали. Таскали в корзинах мелкие камни к реке, замешивали раствор. А две с удочками, ловят рыбу чуть выше по течению.

— Ну рассказывайте, – Гелиодор сбросил сапоги, рубашку и пошел в воду.

Там как раз требовалась помощь. Огромны валун нужно было установить обратно к берегу.

Работа не помешала обменятся новостями. Много говорили, пыхтя и толкая валуны. Много рассказывали, смеялись, качали головами, не веря в происходящее. Как сильно поменялась жизнь буквально за один месяц. Судьба щедро сыпанула им счастья. Словно наградила за годы скитаний.

11. Возчик.

Обед устроили прямо у моста. На траве расстелили покрывала, разложили тарелки с едой, принесённой из замка. На костре пожарили свежевыловленную рыбу. Сытые и довольные, неспеша потягивали вино. Немногие парочки украдкой обменивались поцелуйчиками, остальные были скромней, ограничились просто касаниями или взглядами.

Солнце грело не назойливо, приятно. Шелестел камыш у берега, стрекотали кузнечики, над головами отдыхающих кружили юркие стрекозы. Пахло полевыми цветами, в изобилии росших у реки и свежей травой, которую тут изрядно помяли.

— Хорошо как, – голова Церуса лежала на коленях Медеи. Как быстро он сжился с этой девушкой. Как сроднился с ней, словно всю жизнь был рядом.

Девушка старательно выплетала венок из ромашек и колокольчиков. Делала вид что не замечает, как влюбленно смотрит на неё двуликий. Отвлекал.

На нос Церуса, словно птичье перышко, опустился случайно оторванный листик цветка. Набрав в легкие чуть больше воздуха, оборотень лениво сдул его.

— Еще, – звонко засмеялся Сфенос и положил на нос Церусу еще один лепесток.

— Фу-у-ух, – дунул двуликий. Лист подхваченный мощным потоком воздуха, улетел куда-то к воде.

— Еще, ещё, – захохотал ребенок и собрался повторить шутку.

— Иди поиграй с Зораном, – остановил Сфена отец и показал на двух оборотней, сидевших в сторонке и с завистью поглядывавших на парочки.

— Он злой, – Сфен покачал головой. – Все время рычит.

— Я бы тоже рычал, если бы не встретил твою маму, – Гелиодор ласково посмотрел на Бёрк которая с удочкой топталась у воды.